Если бы ему было лет тридцать, то как-то можно было поставить вопрос о постоянной спутнице жизни, но не в двадцать два года.

Так что генерал Шебаршин который командовал Партконтролем улыбался, читая очередные писульки на Новикова, и складывал их в папку, где их и сжигали раз в год.

Хотя самые выдающиеся письма, переадресовывались в спецотдел, который каким-то образом находил автора, и задавал ему много неприятных вопросов, после чего в зависимости от искренности раскаяния он либо получал условное за клевету на государственного чиновника, либо ехал осваивать глухие уголки родной страны.

Больше всего Виктору в делах помогало то, что выглядел он на двадцать, а опыт в том числе и аппаратный у него был вполне взрослый. Плюс то, что в молодом теле интеллект явно прибавил в мощности, и огромное количество задач, решалось просто влёт. Ни конечно, большинство взрослых возрастных дядечек очень положительно относились к своему молодому коллеге, конечно завидуя его молодости и напору, но помогая всем чем можно.

В конце июня, Виктора вызывал к себе Брежнев, и пришлось всё бросать и срочно вылетать в Крым.

Для полёта такой большой группы Аэрофлот выделил машину из резерва, и Виктор с охраной полетел на тридцатиместном борту, который использовало для поездок руководство СовМина.

Ещё подъезжая к резиденции Генерального Секретаря, Виктор обратил внимание на огромное количество охраны. Пару раз даже мелькнули узнаваемые лица офицеров Альфы и бронетехника внутренних войск.

Всё стало понятно, когда приехав в Глицинию, увидел мирно беседующих Брежнева и Никсона.

Столик стоял под огромным навесом на самом берегу, поэтому было нежарко, и лидеры двух супердержав о чём-то разговаривали в присутствии одного переводчика.

— Витя! — Брежнев взмахнул рукой. — Быстро ты. Вот что значит молодость. Лёгкий на подъём! — Он рассмеялся.

— Да, Виктор. — Никсон делал ударение на французский манер на последнюю гласную. — А ещё я рад что вы здоровы и судя по всему в отличной спортивной форме."

"— Леонид Ильич. — Виктор коротко поклонился Брежневу. И переходя на английский. — Господин президент. Я тоже рад вас видеть. К счастью поддержание спортивной формы — наименьшая из моих проблем. — Виктор сел на свободный стул, и сразу же прибежала девушка в переднике и поставила перед ним чайный прибор.

— Давно хотел спросить. — Никсон широко улыбнулся. У вас практически идеальный британский выговор, но без их привычки сплёвывать слова. Я бы сказал оксфордский английский.

— Если учить язык, то конечно лучший его вариант, господин президент. — Виктор улыбнулся в ответ.