– Американской актрисы, кинорежиссера и сценариста, фотомодели, посла доброй воли ООН, обладательницы премии «Оскар», трех премий «Золотой глобус» и двух «Премий Гильдии киноактеров США»!

– А сама-то будет, нет? – глумливо выкрикнули из рядов, и кто-то радостно хохотнул.

Веселый смех – редкое явление в зале суда.

Я посмотрела на прокурора.

Никита Говоров поставил локти на стол и погрузил подбородок в ковшик сложенных ладоней – то ли напоказ заскучал, то ли спрятал улыбку. Его участие в процессе изначально было слишком искусственным, а потому и роль ушла далеко на задний план.

Тогда я машинально перевела взгляд на дверь – зачем, сама не знаю. Наверное, подсознательно ожидала увидеть вышагивающую по проходу Лару Крофт – профессиональную расхитительницу гробниц с мешком черепов за плечами.

– Нет, мы не просим вызвать в качестве свидетеля уважаемую госпожу Джоли! – перекрывая смешки, успокоил меня Бегемот-Врунов. – В этом нет необходимости, поскольку мы просто можем сделать вот так… – Тут он совместил два снимка, положив один на другой. – И вуаля!

– Вуаля – что? – уточнила я.

– Налицо полное совпадение!

– Совпадение чего?

– Снимков! И, следовательно, черепов! – Адвокат победно улыбнулся. – Мы видим, что у Анджелины Джоли и Элеоноры Сушкиной абсолютно одинаковое строение лица!

– Ну, предположим, хотя вряд ли сей опыт заменит экспертизу. И что дальше? – Мне действительно было интересно.

– А дальше – вот! Просим также приобщить. – Дед Мороз выудил из папки новую бумажку.

Штатный чтец Бегемот принял новый текст и откашлялся."

"Смешки в зале смолкли, но улыбки не погасли: публика приготовилась внимать и наслаждаться. Говоров, прикрывая нижнюю часть лица ладонью, посемафорил мне бровями. Я бы тоже повеселилась, кабы была не в мантии. Статус судьи и юморина – две вещи несовместные.

Ой, чувствую, сейчас выяснится, что Анджелина и Элеонора – сестры-близнецы, разлученные в детстве волей злой судьбы.

– Это еще не все, тут у нас подборка фотографий. – Адвокат не ограничился передачей мне рентгеновских снимков. – Вот госпожа Джоли и наша доверительница Сушкина в возрасте десяти и тридцати лет, а также в настоящее время.

На этом этапе Бегемоту потребовалась ассистентка, и в ее роли выступила Лариса Селедка Айвай.

Она попарно вручала коллеге большие, с обложку журнала, фотоснимки, отпечатанные на плотной бумаге и заботливо наклеенные на картон. Бегемот поднимал их над головой и поворачивался влево-вправо, показывая цветные картинки то мне, то залу. В этот момент он был очень похож на сигнальщика на палубе авианосца, и нарастающий в зале шум этому образу весьма соответствовал.

Надо сказать, между десятилетними Элеонорой и Анджелиной действительно имелось сходство.