Все-таки я привыкла к тому, что он — мой и делить его с кем-либо у меня нет ни малейшего желания, даже если наша семья это «не всерьез» и живем мы вместе только из-за ребенка.

Мама кладет Кристину в электрокачели и виляя бедрами подходит к Дане. Целует зятя в обе щеки оставляя красную помаду на его коже.

— Добрый вечер, Даня! Я рада, что ты разбавишь наше женское царство своим присутствием… Я приготовила тефтели. Так что мой руки и прошу к столу.

Ее приторная любезность давит на мозги. Буквально полчаса назад она возмущалась и строила догадки, где может носить моего мужа поздним вечером, а сейчас явно встает на его сторону.

Словно подслушав мои мысли, мама медленно поворачивает голову ко мне и окидывает пренебрежительным взглядом.

— Диана, детка, разве так я учила тебя встречать мужа с деловой встречи?

Почему-то вспоминается вечер моего детства, когда к нам домой приходили гости, и мама отчитывала меня за то, что я не достаточно вежливо поздоровалась с тётей Клавой из соседней квартиры.

Воронова буквально разрывает от смеха, хотя он и пытается казаться невозмутимым. Стоит в прихожей, сунув руки в карманы брюк и нагло ухмыляется.

Весь такой жутко сексуальный, со шлейфом безвкусных женских духов на рубашке. Чтобы избежать скандала (и только!) подхожу к нему поближе и, встав на носочки, быстро целую в колючую щеку.

— Здравствуй, милый. Как прошел твой вечер?

— Отлично, дорогая. Партнеры были очень сговорчивыми сегодня.

Рычу про себя, прекрасно понимая, на что намекает мой муженек, и торопливо высвобождаюсь из его объятий. Кажется, мама решила, что ее уроки по счастливой семейной жизни пошли мне на пользу, потому что она сияет от радости как новогодняя ёлка.

— Ужин на столе, — сообщаю, не глядя на Даню. — Я пока уложу спать Кристину."

"Даня несколько минут возится с малышкой, после чего я беру ее на руки и несу на второй этаж. Когда поднимаюсь по ступеням, чувствую сильное жжение в области спины и, повернувшись на секунду назад, подтверждаю свои догадки — это чернющие глаза Даниила все еще смотрят мне вслед.

Прохожу в детскую, включаю ночник и начинаю кормить дочку. Всегда спокойная малышка отчего-то начинает капризничать — выгибает спинку и отворачивается от груди.

— Эй, ты чего? Наелась что ли?

Я глажу Кристину по животу круговыми движениями, и спустя несколько минут она успокаивается и замолкает. Затем спокойно берет грудь, начиная жадно сосать.

— Так-то лучше, малышка.

Минутой позже ее глаза плавно закрываются, губки выпускают изо рта сосок и в тишине слышится только её размеренное дыхание. Она крепко держит меня за указательный палец и не желает отпускать даже сквозь сон… Черствая Диана Федотова млеет от таких моментов и понимает, что только ради этого и стоит жить.