– Заработки маленькие, по ночам работать не хочешь, девка из дома ушла, а он и в ус не дует! Чужие проблемы ему интересны…

– Чего ты цепляешься? Она же из-за тебя ушла… Я весь город объездил, не нашел! Что я сделаю? Заявлять пойду, опять оштрафуют…

– Из-за меня?! Да ты что?! – У Нины Михайловны даже голос осип. – Да я ишачу с утра до вечера, парик ей купила, компьютер! А ты что купил?!

Начинался скандал, и Иван решил отпустить тормоза и тоже облегчить душу.

– А я не ишачу?! Прихожу, а ты вечно с перекошенной мордой! И борщ всегда невкусный!

Он бросил ложку в тарелку, так что вокруг полетели брызги.

Но тут из прихожей донесся длинный и требовательный звонок. Настолько длинный и настолько требовательный, что Нина Михайловна замерла с открытым ртом, так и не выплеснув накопившийся поток слов.

Иван вытер рот ладонью и направился к двери, выглянул в глазок, но ничего не увидел, и это ему сильно не понравилось.

– Кто там? – спросил он, стараясь, чтобы голос звучал требовательно и властно, как у хозяина в своем праве.

– Открывайте, участковый!

«За что? – всполошился Иван Петрович. – Что на красный проехал? Или вчера через двойную осевую развернулся? Так нет, это ГИБДД… Да и не ходят из-за такого по домам… Может, за тот мешок, что на Лобачевского отвозил?»

– Какой такой участковый! – взвизгнула из-за спины Нинка.

 – Время сколько, видели?! По ночам участковые не ходят!

– Не откроете, дверь выбью! – раздался уже другой голос, твердый и шершавый, как рашпиль.

Иван Петрович понял, что и двойная осевая, и мешок – полная ерунда по сравнению с той бедой, которая надвинулась на их дом. И повернул головку замка.

Дверь распахнулась, четыре тяжелые фигуры в касках, черных масках, бронежилетах и с автоматами наперевес ворвались в квартиру и разбежались по комнатам.

Иван оказался прижатым к стене, железные пальцы схватили его за горло, запрокинув голову так, что он больно ударился затылком о стену.

– Где оружие и взрывчатка?! – в упор рассматривая его бешеными глазами над черным краем маски, спросил обладатель шершавого голоса. Чувствовалось, что он был готов к выстрелам навстречу и схватке не на жизнь, а на смерть!

– Ка-какое ор-руж-жие? Нету… Нету…

«Тяжелые» вернулись.

– Все чисто!

Супругов Воробьевых отвели на кухню.

Туда же зашли участковый в форме и несколько штатских – у одного на поводке была маленькая собачка. Последними завели соседей из соседней квартиры. Они мялись – с одной стороны, как-то неудобно, а с другой – интересно.

– Я следователь, – представился молодой человек с короткой стрижкой. – Вот постановление на обыск в вашей квартире. Предлагаю добровольно выдать запрещенные предметы, оружие и взрывчатку!

– Да откуда она у нас! – Нина Михайловна начисто потеряла агрессивность.