Ты же всё понимаешь и принимаешь, не строя иллюзорных замков и не веря в чудеса, – к чему тебе консультации?

– Чтобы принять верное решение?

– Какой смысл ты вкладываешь в термин «верное»?

– Ну-ууу, удобное для всех...

– Удобнее всего тебе было бы не влюбляться в него. На текущей стадии у тебя не осталось «удобных» и щадящих решений, – категорично заявила психиатр, расставляя все точки на «i».

«Остались только тяжёлые и болезненные, которые придётся долго и мучительно переживать», – подвела для себя итог Элен и сказала с улыбкой:

– Познакомим фамильяров? Где ваш роскошный мудрый кот, о котором я давно наслышана?

Вечером после рабочего дня, направляясь на машине за почтой к своему собственному дому перед тем, как уехать к инкубу, Элен вспоминала недавнюю встречу двух фамильяров.

Исполинский кот Розы Моисеевны был черен, как смоль, и свысока посмотрел на явившуюся в его кабинет пушистую гостью. В малахитовых глазах промелькнул горячий интерес, но был мигом запрятан вглубь узких росчерков зрачков: кот лениво дёрнул ушами в знак приветствия и не стронулся со своего места на ковре. Испуганно застывшая на пороге Фенька чёрной молнией проскользнула в кабинет и обнюхала все углы, старательно не приближаясь к хозяину помещения. Затем прошлась перед ним туда-сюда, красуясь своей блестящей шёрсткой и пушистым хвостом, не дождалась реакции и растерялась. На выразительной кошачьей мордочке так отчётливо читалось недоумение, почему этот кот не вьётся вокруг неё ужом и не приносит подарков, что Элен еле удержала смех. Фенька насупилась и заскочила к ней на колени, отвернувшись от негостеприимного кота.

Однако кошке быстро надоело изображать интерес к тому, как дамы пьют чай с конфетами, болтая о делах кризисного центра и о купленном на днях рентгенографическом комплексе, позволяющем проводить лучевую диагностику всех тканей и органов с передачёй информации как в фотографическом, так и в цифровом виде.

Покрутившись, Фенька вернулась на пол и пошла по второму кругу исследовать все углы. Когда она вынырнула из-под старинного шкафа на ножках, её ожидал ароматный кусочек сыра, вытащенный котом из каких-то закромов. Сам кот сидел поодаль с видом хозяина, выполнившего тяжкий долг вежливого приёма незваных гостей. Сыр Фенька проглотила и благодарно мурлыкнула. Кот молча прошагал к двери, ведущей на балкон, а с него – на крышу, и сел перед ней, дожидаясь, когда дверь откроют. Когда Роза Моисеевна распахнула створки, кот будто нехотя обернулся к Феньке и заурчал, давая гостье дозволение сопровождать его на прогулку. Любопытная Фенька нос задирать не стала и на прогулку пошла, а Роза Моисеевна глубокомысленно заметила:

– Чёрные котята без всяких примесей других цветов ценятся ведьмами больше всего.