– Мне в университет забежать надо, – попробовала улизнуть Элен, но не тут-то было: её невозмутимо заверили, что всю жизнь мечтали побывать в студенческой столовой и почувствовать себя учёными людьми.

В лаборатории химиков появление ведьмочки и оборотницы произвело фурор. Коллеги Элен так засмотрелись на востроглазых, ярких красавиц, что без единого вопроса отдали всё, что успели сделать и переделать. Невидимые людям телохранители пренебрежительно фыркнули, и вся компания переместилась в столовую. Заняв угловой столик и активировав амулеты, защищающие от подслушивания, подруги бомбардировали Элен вопросами и засыпали потрясёнными восклицаниями.

– Ты что-нибудь знаешь про тёмных ведьм? – в свою очередь спросила она у Викки.

– Нет, откуда бы? Все сведения о тёмной магии строжайше засекречены, нам о ней ничего не рассказывали, – замотала головой Викки и хихикнула: – Слушай, так приставленная мастером охрана защищает тебя или от тебя?

– Уже не знаю, – сумрачно ответила Элен, покосившись на сопровождающих её парней. В переполненной столовой вампир снял иллюзию, и группа Иных убедительно прикидывалась людьми, поглощая ростбифы и картофель.

Только вампир уныло цедил купленный им томатный сок, бывший, увы и ах, настоящим соком. Все студентки свернули шеи, засматриваясь на брутальную компанию, и шепотом выясняли, с какого курса и факультета к ним заявились такие роскошные парни.

– Разумеется, они защищают тебя, – рассердилась Маргарет, погрозив ведьмочке кулаком. – Мастер не переживёт, если пострадает его драгоценный биофизик.

«Как верно она умеет расставить акценты, не то что я», – Элен зло вонзила вилку в ни в чём не повинную котлету.

Биофизик и точка. Уникум в среде учёных, не убоявшийся Иных и не проникшийся к ним ненавистью с первого взгляда. Видимо, при столкновении с Иными дали знать о себе ведьминские гены.

Её подруги молчали, наблюдая за зверским расчленением обеда на тарелке.

– Хоть кусочек проглоти из того, что накромсала, – сочувственно посоветовала Маргарет. – Эх, не послушалась ты моих наказов! Всё плохо, да?"

"– А что хорошего в платонической любви? – философски заметила Викки.

– Не распахивай так глаза, Элен, мы не слепые, всем в центре давно понятно, что мастер к тебе неровно дышит. Но толку-то... тоска одна. Дружить с инкубами надо и радоваться, что они стараются никак свои чувства не афишировать, если те вдруг зарождаются. Ты же знаешь, у демонов секса строгое правило не смешивать еду и чувства, они держат бабочек отдельно от мёда. Чувство эстетического наслаждения и восхищения даруют бабочкам, чувство аппетита – исключительно мёду, и никак иначе.