— Ты как-то скептически был настроен к нашим экспериментам с собаками, как насчет посмотреть, как это все происходит? Уверяю тебя, ты будешь удивлен!

— Вообще-то я собирался сегодня заняться своей работой, — сказал я. — Мне нужно посмотреть несколько подходящих помещений, и…

— А ты слышал, что утром нашли еще одну жертву вервольфа? — вполголоса спросил он.

— Эээ… Нет, — оторопело пробормотал я и сунул в рот кусок хлеба, чтобы придать лицу более идиотское выражение.

— Взялись прочесывать местность после твоих героических подвигов, — усмехнулся он.

 — И наткнулись… Я Ганса предупреждал, чтобы он в одиночку не ходил. И тебе тоже не стоит ходить в одиночку.

— Так я же… — попытался возразить я.

— Это не просьба, герр Базиль, это приказ, — Анхель усмехнулся. В глазах его опять мелькнуло… нечто. Я под колпаком? Анхель меня подозревает и намерен вывести на чистую воду? Или действительно пока я спал, отдали такой приказ? В принципе, ничего удивительного. Но блин…

— Помещения для беспризорников подождут, — Анхель похлопал меня по плечу. — Доедай, и идем в питомник.

Тебе понравится, правда!

— Яволь, герр Анхель, — я незаметно вздохнул. С одной стороны, мне было даже интересно, посмотреть, что там делает маленькая Милена с собаками такого, что Аненербе встало на уши. С другой — каждый лишний час в образе Базиля Горчакова грозит мне массой неприятностей, типа очень близкого общения с дознавателями. Сами собой как-то вспомнились псковские застенки на бывшей улице Ленина.

Я тряхнул головой, отгоняя от себя призрачный допрос. Внутренний голос отвесил мне оплеуху: «Рановато ты начал дергаться.

Что, нервы ни к черту, дядя Саша?»

Я активно заработал ложкой, запивая кашу дрянным кофе. Но даже дрянной кофе лучше никакого.

Доел и поднялся. Анхель, терпеливо меня дожидавшийся, тоже встал. «Ну что ж, получается, сегодня я проведу время с дедом», — мысленно усмехнулся я.

Милена деловито прошлась мимо клеток с собаками. Лицо стргое, руки заложила за спину. Как взрослая, прямо. Шарфюрер и Богдан Львович молча стояли в стороне и ждали.

Как мне объяснили, суть сегодняшнего эксперимента такая — девочка выбирает собаку-партнера, но задания выдает шарфюрер, она заранее не знает, что им придется делать.

А наблюдателям при этом позволялось разговаривать и даже отвлекать девочку. Но не в самом начале. Так что сейчас мы просто сидели в сторонке и молчали.

Девочка еще раз прошлась мимо клеток. Все собаки прыгали и радостно поскуливали. Кажется, что каждая мечтала поиграть с Миленой. Наконец она остановилась.

— Шатци! — звонко сказала она, ткнув пальцем в лобастую немецкую овчарку.