— Не выдавай меня, — прошептал я одними губами и метнулся к граммофону. Швырнул ключ внутрь. Дверь кабинета распахнулась.

— Герр Алекс? Марта? — удивленно произнес граф, проходя к своему столу. Холодно посмотрел на меня, потом на девушку. Дверь за его спиной захлопнулась.

Мысли снова помчали вскачь. Если сейчас Марта откроет рот и скажет, что я рылся в сейфе у графа, то мне придется положить их обоих до того, как он успеет поднять тревогу. А если успеет, то мне останется только выпрыгивать прямо сквозь стекло на улицу и прорываться прочь из центра. Залечь на дно, потом поднять всех людей, которых мне выделил Слободский, пойти на поклон к Лисьей Морде, придется все же переполох поднимать. Эх, вот мое дурацкое любопытство, на финишной прямой засыпался…

Так, заточка в сапоге. Я уже прикинул траекторию броска. Сначала граф, потом Марта…

— Доброе утро, герр граф! — виновато улыбнувшись, произнесла Марта. — Доктор сказал, что я достаточно здорова, чтобы приступить к работе. Но…

— И что вы оба делаете в моем кабинете? — граф распахнул крышку своего патефона на столе и начал крутить ручку. — Я все еще жду объяснений.

— Ох… — Марта потупила взгляд. — Я прошу прощения, это я виновата. Я сегодня с утра прожужжала Алексу уши, что хочу почитать «Лорелею» Генриха Гейне. И попросила посмотреть на вашей книжной полке.

— Этой книги у меня нет, — сухо ответил граф.

— Вот и герр Алекс мне так сказал, — Марта подошла ко мне, чуть прихрамывая. Что у нее с ногой? У нее ведь на груди была рана… — Но я его убедила, что есть…

Марта взяла меня за руку и сжала мои пальцы.

— Мы уже уходим, герр граф, и просим прощения за своевольное вторжение, — Марта снова сжала мою ладонь и потянула к выходу.

— Извините, герр граф, — сказал я хрипло. В горле пересохло, как в пустыне Сахаре. И все мысли из головы, которые только что там роилось просто тучей, моментально куда-то делись.

Пронесло…

Я посмотрел на Марту, которая шла впереди меня. Ничего себе! Она меня не сдала!

Она не выдала графу, что я рылся в его сейфе!"

"Граф молча проводил нас взглядом и поставил иглу на пластинку. Из патефона полились торжественные аккорды похоронного марша Зигфрида из «Гибели богов» Вагнера.

Ха-ха… Очень в тему, да уж…

Марта протянула мимо меня руку и закрыла дверь. Губы ее сначала скользнули по моей щеке, потом впились в мои губы. Пальцы сжали воротник моей гимнастерки так, словно девушка хотела меня задушить.

— Марта… — прошептал я, когда наш долгий поцелуй закончился. — Ты не выдала меня… Я могу все объяснить…

— Нет, заткнись! — прошипела она громким шепотом. — Я уже давно знаю, что ты не тот, за кого себя выдаешь. Но мне все равно. Я долго думала об этом, и поняла, что мне все равно. Все мы сейчас просто делаем свою работу.