Тем не менее, изобразив подобие улыбки максимально спокойным голосом ответил:

- Здравствуйте, Мария, я в вашем полном распоряжении и готов ехать прямо сейчас.

Ему не сказали, куда они едут и почему именно он нужен для допроса, возможно они и сами не знали – информацию своим сотрудникам 30-30 выдавали ровно теми порциями, какими считали нужным. Как обычно сидя между двумя сопровождающими он старался высмотреть угрозу в проносящихся за окном улицах. После покушения страх поселился в нём и не отпускал. Одно дело выступать на трибуне, и совсем другое – быть мишенью. Сопровождающие же, как и всегда, не выражали никаких эмоций, но выглядели собранными и готовыми к неожиданностям.

К счастью поездка была недолгой и прошла без происшествий. Сонный город жил своей жизнью, люди безмятежно прогуливались по мощёным камнем тротуарам. Никому не было дела до двигавшихся колонной автомобилей.

Старая фабрика, на которую они приехали, выглядела заброшенной, это было обманчивое запустение. Присутствуя при оборудовании временного убежища, Максим успел приметить некоторые детали и сейчас выхватывал глазами как бы случайно сложенные груды металлического мусора, за которыми удобно обороняться в случае попытки противника проникнуть на охраняемый объект.

Самих оперативников 30-30 видно не было, но они точно были где-то там в тенях.

Его отвели вглубь производственного цеха, где в одном из помещений взаперти под взором троих охранников сидел аккуратно одетый человек среднего возраста. Человек поднял взгляд на вошедшую делегацию, его глаза остановились на Максиме:

- Наконец-то вы явились, я уже устал ждать.

Павленко вопросительно посмотрел на Марию, но вместо неё слово взял незнакомый оперативник:

- Товарищ Павленко, этот человек – Эпштейн Артур Соломонович, стоит за недавним покушением на вас.

Так же, по нашим сведениям, он отвечает за объекты Макарова на Сахалине. Мы взяли его здесь, когда он готовил новое покушение. В свою очередь он настоял на встрече с вами, дабы обсудить возможность обмена своей жизни на некую чрезвычайно ценную информацию. Мы обыскали его на предмет наличия оружия или передатчика, поэтому готовы оставить вас наедине, но на всякий случай предупреждаю – не подходите близко к решётке и в случае подозрительных действий задержанного немедленно зовите охрану. У вас двадцать минут."

"Максим не успел до конца понять смысла сказанного, как остался один. Нет, он конечно понимал, что сейчас каждая минута может иметь решающее для войны значение и стоящие под Москвой войска будут рады любой полезной информации, которая способна ускорить победу, но всё же для него такого рода переговоры явились полнейшей неожиданностью. Максим сел на ящик и внимательно посмотрел на мужчину по ту сторону решётки.