И никакое проклятие этому не помеха!

Сина принесла кувшин с теплой водой, и я умылась. Облачилась в простое шерстяное платье неприглядного мышиного цвета. Красоты оно мне явно не прибавляло.

Завтрак забраковала. Выпила только стакан травяного отвара и поела творог, сдобренный ложкой меда. Сдобные булочки отдала Сине, смотрящей на меня голодным взглядом.

– Ох, спасибо, леди. Может скушаете парочку булочек? Неизвестно, когда еще нормально поесть придется.

– Ничего. Поголодать мне полезно. А ты распорядись, пусть дадут нам в дорогу еды. Только не пирожки и булочки, а фрукты, сыр и куриную грудку.

– Все сделаю, – кивает головой Сина, уплетая выпечку.

– Сначала только помоги причесаться."

"Я провожу пальцами по своим волосам. Длинные, ниже талии. У меня таких никогда не было. И на ощупь шелковистые. Я прошу Сину заплести мне косу и обвить ее вокруг головы, как корону.

– Вуаль на голову? – любезно предлагает мне Сина.

Я отмахиваюсь. Подхожу к окну и подставляю лицо бьющим через стекло первым солнечным лучам. Представляю, что я красива. И на миг вижу в оконном стекле свое прежнее лицо.

Стук в дверь. Похоже, мой супруг пожаловал.

Глава 5.

Я резко разворачиваюсь и распрямляю плечи. Вскидываю вверх подбородок. Командую звучным голосом:

– Войдите!

Дверь распахнулась, но вместо моего мужа на пороге топчется угловатый подросток.

– Извините, леди, – заикаясь, лопочет он, – сир велел передать, что экипаж подан, а сам он ждет вас внизу.

– Вот как! А сам заглянуть к своей жене не удосужился!

«Мужлан» – повторяю про себя и важно выхожу из комнаты.

Супруг и правда находился невдалеке от нашего экипажа и мило беседовал с юной служанкой. Она стояла лицом ко мне, и я хорошо видела, как алеют ее щеки от внимания лорда. Она томно опускала взгляд и смеялась в ладошку, слушая его речь.

«Мало того, что мужлан, так еще и бабник», – окрестила я своего супруга и величественно подошла к воркующей парочке.

– Доброе утро, дорогой, – постаралась придать певучести своему голосу.

Мужчина обернулся и посмотрел мне в лицо. Улыбка, что дарил он служанке, погасла на его губах, а взгляд стал колючим и равнодушным.

Это задело. Захотелось спрятаться от его глаз за непроницаемой вуалью или укрыться в полумраке экипажа. Я не знаю, что такое быть некрасивой. Возможно, даже отталкивающей в глазах окружающих. Я привыкла к вниманию и восторженным взглядом. Но этот мужчина смотрит так, словно я пустое место. С пренебрежением и неприязнью. От этого мои щеки вспыхнули злым румянцем.

– Доброе утро, леди Донаван. Позвольте я провожу вас к экипажу.

Он подал мне руку, и я положила поверх нее свою ладонь. Мой супруг обернулся к мнущейся в стороне молоденькой служанке, чуть заметно кивнул ей головой и послал легкую улыбку.