Этого добра не жалко, к тому же иначе Збышек не уймется. – И потом мы наконец съедим пиццу, а Тед пусть себе новую покупает!

Просиявший ученый метнулся в сторону лаборатории, но вовремя спохватился и повернул к тумбочке возле своего рабочего терминала. Поочередно выдвинул все ящики, один второпях выдернул полностью и выронил, после чего с ликующим возгласом выхватил из куча-малы одноразовый набор для забора крови.

Дэн улыбнулся. Наблюдать за суетящимся Збышеком было очень забавно, бедняга явно опасался, что киборг может в любой момент передумать.

Когда торжествующий ученый вернулся к столу, Дэн поспешил принять суровый вид, а то этот упырь в довесок еще что-нибудь оттяпать попытается.

– Эх, жалко, что вы своего второго киборга не уговорили прийти! Интересно было бы на него посмотреть… – Рвущийся к добыче Збышек широким беспечным взмахом отодвинул коробку с пиццей, а с ней и все остальное.

Дэн едва успел подхватить опасно нависшую над бездной кружку.

– А ты еще не насмотрелся?

Кира говорила, что на данный момент в ОЗК официально зарегистрировано около трех сотен разумных киборгов.

Маловато, по расчетам аналитиков, их было как минимум на порядок больше, да и те, что «попались», не столько рвались на контакт, сколько оказались приперты к стенке. Остальные продолжали осторожничать, причем беспокоились в основном, как ни странно, за хозяев, чтоб у тех не возникло проблем с законом или антидексистами. В то же время киборгов зачастую сдавали сами владельцы – неспособные перебороть страх перед внезапно обретшими разум машинами, но слишком жалостливые, чтобы отдать приказ о самоуничтожении. В прежние времена они без раздумий вернули бы бракованного киборга в «DEX-компани», а теперь стало некуда – либо в ОЗК, либо в мусоросжигатель, что хлопотно, грязно и противно. Кира мрачно шутила, что это уникальный для человеческой истории случай, когда малодушие не убивает, а спасает. Сейчас на иждивении Центра реабилитации находилось двадцать восемь киборгов старше пяти лет, шестьдесят семь трех-четырехлетних «шестерок» из последних партий с первыми признаками срыва и девятнадцать «нормальных» киборгов, хозяевам которых упорно чудилось, будто с ними что-то не так. Проще было их забрать, чем обречь на уничтожение.

– Ты что, каждый такой случай уникален! Может, поговоришь с этим трусишкой, а?

– Он не трус. Просто не любит рисковать без необходимости.

Ланс категорически отказался идти вместе с друзьями. Кира постоянно приглашала его погостить в Центре недельку-другую – мол, у нас и психологи отличные, энтузиасты своего дела, и условия для развития оптимальные, и собранные данные помогут другим разумным киборгам.