Это он мне комплимент сделал, что ли? И совсем растерялась, когда заклинатель отставил свою чашечку и подошел к небольшому нагревательному ящику в углу:

— Вы любите кофе, Тина? Говорят, у меня получается варить отменный, попробуете? Думаю, вам понравится с молоком, черный для вас будет слишком горьким.

— Спасибо, — пробормотала я, наблюдая, как профессор деловито помешивает ароматную жидкость, добавляет молоко и сахар, а потом наливает в чашку и подносит мне. Мне! Сам профессор Аодхэн!

— И отведайте закуски. Здесь сыр, копченое мясо и сладкий пирог.

Я недоверчиво покосилась на чашечку из тончайшего фарфора в своей руке.

Потом — на поднос с едой. И решительно отодвинула и то и другое.

Аодхэн поднял брови, наблюдая за мной:

— Что-то не так, Тина?

— Извините, но последнее время у меня вызывают опасения люди, пытающиеся меня накормить, — решительно произнесла я.

— Вы очень недоверчивы.

Теперь брови подняла я. С чего бы мне доверять профессору? Уважать и даже восхищаться — это одно, но доверять…

— Профессор, я чувствую себя неудобно и не понимаю, чем заслужила все это. Еда, кофе… Да еще и сваренный вами лично.

Если вы хотите сообщить мне что-то ужасное, то говорите.

— Ужасное? — Аодхэн поморщился. — С чего вы взяли? Тина, я теперь ваш куратор. И несу за вас ответственность. Ну и еще в некотором роде ощущаю свою вину. За дневник.

Я нахмурилась и сцепила на коленях руки.

— Вы не виноваты, профессор. Напротив, я вам благодарна…

— Не думаю, — вздохнул он. — Мой немалый жизненный опыт говорит, что люди редко бывают благодарны за горькую правду, Тина. Знаете, в старину вестников, приносящих дурные новости, убивали.

— Я не собираюсь вас убивать! — выпалила я и покраснела, когда профессор негромко рассмеялся.

 — Ну, то есть… не собираюсь вас винить!

— Очень рад, — усмехнулся он. — К тому же я говорил вам правду и не знал, что именно написано в дневнике.

— Но вы догадывались, — оборвала я и сама удивилась своей решительности.

— Не буду врать, — склонил голову Аодхэн. — Прошу, попробуйте кофе, Тина. Будет жаль, если напиток остынет.

Я подумала и осторожно взяла чашечку. Первый же глоток растекся на языке сладким и тягучим удовольствием, так что я даже глаза прикрыла и на миг забыла, о чем мы говорили.

— Приятно смотреть на девушку, умеющую наслаждаться кофе, — прозвучал голос профессора.

Я вздрогнула и чуть не подавилась. Что-то слишком много комплиментов за один вечер. И от кого? От мрачного и нелюдимого Аодхэна!

Что происходит?

Ощутив перемену во мне, профессор снова отошел к окну, и я вздохнула с облегчением.

— Тина, съешьте что-нибудь. И не бойтесь, вы смотрите с таким подозрением, что я ощущаю себя виноватым. А на самом деле я лишь хочу наладить общение со своей подопечной.