И что я обязана родить не менее четверых наследников, как моя мама.

– Кстати, Селесту она родила в пятнадцать, поэтому нечего бояться, – добавляла она скептически и фыркала: – У женщин в вашем роду отменное здоровье.

С этим трудно поспорить. Не помню, чтобы в детстве я болела, хоть в королевском замке Островерха зимой было холодно и сыро, а по коридорам гуляли зверские сквозняки.

Другой ее любимой темой было «королеве необязательно учиться, и школа ей ни к чему». Хорошо хоть, жених твердо намерился меня туда отправить и не обращал внимания на советы Фенистры, сказанные словно вскользь и мимоходом. Более настойчиво говорить она боялась. Король умел одним взглядом пришибить к полу, не только мою фрейлину, но и любого из важных советников, вьющихся вокруг него на балах и требующих очередного согласования какого-то указа.

Я давно приспособилась пропускать слова фрейлины мимо ушей, невозмутимо кивая и соглашаясь со всем, что она говорит. Так было проще. И будущий муж мне достался такой же – ну просто моя копия! На торжественных приемах он вел себя похлеще меня – непроницаемое выражение, застывший взгляд, холод в каждом слове.

Лишь однажды я услышала, как он вспылил. Я не пряталась. Нет-нет! Просто мне комфортнее быть незаметной. Да и в самом деле. Стоит мне спуститься с королевского тронного постамента, как я словно сливалась со стенами, растворялась в воздухе, переставая существовать. Для всех присутствующих. Было немного обидно, но чаще я радовалась, потому что можно было подслушать и разузнать что-нибудь интересное. Например, что Эдвард подарил безумно дорогие изумруды своей теперешней главной фаворитке герре Азалии или что он подписал соглашение с Верганой об экстрадиции семейства Нурв, покинувших Альтею несколько лет назад.

Я прохаживалась за колоннами бального зала и уже собиралась возвращаться, как услышала голос жениха. Замерла, превратившись в слух. Король разговаривал с советником. По-моему, арием Вертом. Выходцем из древнего рода, всегда стоявшего за спиной действующей власти. Я помнила его – жесткий старик с неприятным лицом и грубым голосом.

– Ваше величество, народ волнуется, у вас до сих пор нет наследника. Ваша обязанность как короля…

– Моя обязанность, – прервал его Эдвард резко, – состоит в том, чтобы народ жил в достатке, спокойно и сыто. Без войн и потрясений.

Советник тяжело и шумно вздохнул.

– Если вдруг с вами что-нибудь случится, – не успокаивался он, – в стране начнется хаос. Ваш брат не оставил детей, а теперь вы тянете с…

– Вы предлагаете мне зачать ребенка пятнадцатилетней девочке? – В ледяном голосе Эдварда мелькнули гневные нотки. Даже я поежилась.