– Если вы, мадемуазель Бланкар, так и не сможете заставить себя похвалить мадемуазель Шарби, то хотя бы просто молчите.

Элеонора пришла на бал в элегантном синем платье, с которым бирюзовая маска прекрасно сочеталась, поэтому я безо всякого усилия со своей стороны похвалила ее отменный вкус. Баронесса охотно поддержала:"

"– Вы правы, дорогая мадемуазель Лафлёр, – она покосилась на сына, и убедившись, что он слушал, продолжила: – Тонкий вкус у человека или есть, или его нет. Для благородной девушки обладать таким вкусом особенно важно. К сожалению, наделены им не все. Взгляните, например, на девушку в розовом платье! У нее голубая маска! Какое нелепое сочетание!

Кто из наших участниц скрывался за голубой маской, мы не знали, но баронесса еще несколько минут отпускала в ее адрес язвительные шутки.

Во время танца все пятеро девушек были грациозны и изящны, но если у бирюзовой маски мы с Мэтью и баронессой хвалили каждое па, то в отношении остальных цеплялись к каждой самой маленькой оплошности.

Я посчитала, что если во время этого конкурса мы с Вердоном пойдем на поводу у хозяйки, то это не причинит большого вреда другим конкурсанткам – на первом конкурсе они заработали одинаковые баллы, и если сейчас Элеонора немного вырвется вперед, то этот отрыв можно легко наверстать в финальном испытании. Так что моя совесть была почти спокойна.

Когда оба танца закончились, барон Рошен обратился с вопросом к Джулии:

– А как вам показалось, мадемуазель Бланкар, какая из девушек была сегодня лучше всех?

Наверно, он решил поинтересоваться ее мнением, потому что всё это время она молчала. Мы замерли, в ожидании ее ответ. Мне показалось, что баронесса даже перестала дышать.

– Мне больше всего понравилась девушка в бирюзовой маске, – пролепетала Джул и покраснела.

Ее милость облегченно выдохнула и бросила на Джулию благодарный взгляд.

Настало время снимать маски. Гости снимали их по очереди, и каждое открытое лицо вызывало бурю эмоций у других – удивление, возмущение, восторг.

Когда очередь открыть лицо перешла к девушке в розовом платье, и она сдернула свою голубую маску, мне показалось, что баронессу хватит удар – под этой маской скрывала мадемуазель Шарби. Несколько минут ее милость хватала воздух неприлично раскрытым ртом, а потом посмотрела на нас с такой растерянностью, что мне даже стало ее жаль.

Бирюзовая маска была снята последней, и мы уже знали, кто под ней скрывался. И когда мадемуазель Нуаре, наконец, открыла лицо, Теодор Рошен просиял.

Танцы продолжились, и теперь барон тоже вышел в центр зала, дабы уделить внимание каждой из пяти его гостий. Баронесса, сославшись на головную боль, удалилась, пожелав гостям приятно провести вечер, и мы с Джул и Мэтью смогли обменяться впечатлениями.