Потому что… Она подумала, что мужчина впервые нравится ей не только как жирный кабанчик, которого надо выпотрошить. Ах, какая жалость… Ничего не поделать: профессиональный долг зовет.

– Кто таков? – тихо спросила она.

– Американец. Богат страшно, золотые прииски и что-то такое. Половые с коридорными от его чаевых с ума посходили.

Сквозь вуаль баронесса еще раз приценилась: да, такой может свести с ума всю обслугу щедростью.

– Как зовут?

– Алекс Пушкин.

– Он что, русский?!

– Говорит, родители увезли в Америку, там разбогател. Лучше нету. Иди уже…

Теперь баронесса знала все, что было нужно. Дальнейшее было делом техники. Она, подняв вуаль, пошла в сторону кресла, где сидел русский американец. И старательно смотрела по сторонам, будто кого-то искала. Подойдя так, чтобы американцу некуда было деться, споткнулась о ковер и упала прямо к его ногам. Мужчина вскочил, бросился к ней, схватил за плечи и поставил на ноги, будто она ничего не весила. Баронесса ощутила приятную силу его рук. Какой он милый… Она издала нежный вздох.

– Ви не ушибились? – спросил он с мягким, чуть забавным акцентом.

– О, благодарю вас, – сказала она, откидывая с лица вуаль. – Это все моя слабость.

Американец был встревожен:

– Ви больны? Нужна помочь? Чем я могу для вас делать?

Он был настоящий рыцарь, не то что прежние.

– Вы и так слишком много для меня сделали. Благодарю вас…

– О, какие пустяки! – строго сказал он, сильно путая ударения. При этом сохраняя спокойствие и достоинство. – Могу иметь честь узнат, как вас зват?

Ну вот, все идет как обычно.

– Баронесса фон Шталь, – сказала она.

Свободный американец не был сражен титулом, кажется, он его не заметил. Не так реагируют наши купцы.

– Алэкс Пьюшкин, – сказал он. И крепко удивил, протянув руку. Баронесса не привыкла, что мужчина предлагает рукопожатие. В Москве это вообще было дикостью. Но для иностранца простительно. Она неуверенно протянула руку. Алекс пожал сильно, но не больно. Баронесса испытала новое, незнакомое и приятное чувство. Ей пора собраться. В деле не место чувствам. – Я из Северни Америка, – продолжил он. – Простите мой русски.

– Вы чудесно говорите по-русски.

– Забивать язык отцов. Ни с кем говорит.

Алекс ей положительно нравился.

– Что делаете в Москве?

– Бизнес, – четко ответил он. – Толко бизнес. Хочу продать в Россия мое золото.

– Золото в Москве всегда найдет спрос. Наверное, приехали с семьей?

– Нет семья. Еще рано. Родители умерли. Я один.

Баронесса отогнала шальную мысль, которая постучалась навязчивой мухой. У нее тоже бизнес. Это нельзя забывать.

– Желаю вам хорошо провести время в Москве, – сказала она, показывая, что хочет проститься. Только бы понял намек.

Американец понял.

– Стоп! – строго сказал он. – У меня нет свободни час.