Причинив минимум ущерба, слава богу.

Или мне так кажется.

Только через неделю, однажды вечером после работы, я узнаю истинный масштаб ущерба из-за визита нашей матери. Приближается день рождения Мак – оказывается, он накануне моего – и, хотя она сказала ничего ей не дарить, я полон решимости купить ей что-нибудь потрясающее. Мак дает мне так мало шансов побаловать ее, что я принял окончательное решение игнорировать ее и вместо этого делать все, что, черт возьми, захочу.

В спальне, из-под расшатанной половицы под комодом, я достаю старую жестянку из-под ирисок, в которой хранил деньги и контрабанду с одиннадцати лет. Я открываю крышку, ожидая найти спрятанные там деньги, всю наличность, которую получил на подработках, которую прятал от грязных лап банка и налоговой инспекции.

Двенадцать штук, скрепленные двумя резинками. Фонд под названием «Если ничего не выйдет».

Но денег там нет.

Каждый чертов цент.

Исчез.

Глава тридцать шестая

МАККЕНЗИСидя в гостиной, я слышу шум, доносящийся из спальни Купера. Резкий щелчок по стене, и что-то с грохотом падает на деревянный пол. Внезапно Купер выскакивает из комнаты и несется по коридору.

Дейзи истошно лает – она всегда так делает, когда ее пора кормить, – и начинает гоняться за Купером, пока тот меряет шагами гостиную.

– Эй, ты в порядке? – Я вскакиваю с дивана.

– Да, – рычит он сквозь стиснутые зубы и даже не останавливается, чтобы взглянуть на меня.

– Что не так?"

"Вместо того, чтобы получить ответ, я смотрю, как Купер распахивает раздвижную стеклянную дверь и выходит наружу. Он захлопывает дверь перед Дейзи, едва не задев ее, а она, кажется, недовольна лишь тем, что он вышел без нее.

Чтобы успокоить собаку, я насыпаю ей еду, затем беру туфли и иду за Купером. Я нахожу его в сотне ярдов дальше по берегу, бросающего в волны мелкие коряги. К тому времени, как я добираюсь до него, я уже жалею, что не взяла свитер или, по крайней мере, не надела длинные штаны, вместо того чтобы выбежать в шортах и футболке. Уже почти темно, и от постоянного ветра моя кожа за считанные минуты покрывается мурашками.

– Что случилось? – спрашиваю я.

– Иди домой. – Его голос устрашающе ровный, что полностью противоречит его гневным, яростным движениям.

– Вот уж нет. Так что давай перейдем к той части, где ты мне все рассказываешь.

– Черт возьми, Мак, не сейчас, ладно? Оставь это. – Он пинает песок и ищет, что бы еще бросить, но все больше расстраивается из-за отсутствия вариантов.

– Я бы хотела оставить это, если бы думала, что это поможет. Но мне почему-то кажется, что…

Купер проводит руками по волосам и откидывает голову, раздражаясь все сильнее.