Он резко входит, схватив меня за талию. Выходит с оттяжкой, и снова врывается. Я бьюсь на столе, мотаю головой, встречая бедрами каждое его движение. Между ног неприлично хлюпает, пульсирует. Мои стоны становятся немного громче, я забываю где нахожусь. Никита накрывает ладонью мою шею и сжимает до тех пор, пока к голове не приливает кровь, а голос не садится.

– Вот так, Ида. Тихо, девочка. Кричать будешь вечером в отеле. А сейчас тихо, иначе нас услышат. Ты можешь тихо, моя грязная девочка? Можешь?

Я киваю, насколько позволяет мое непростое положение, и хватаю ртом воздух.

– Умница, ― ласково шепчет он."

"Наклоняется, нависает надо мной, поставив руки по бокам от меня. Никита смотрит мне в глаза, пока ласкает мое лицо горячими ладонями, а его член, словно поршень, скользит туда и обратно, с силой вколачиваясь в меня. Я снова на грани. Мои губы дрожат, а глаза норовят закатиться, но я смотрю на Никиту, завороженная его взглядом. Как будто только он удерживает меня от того, чтобы закрыть глаза и позволить себе уплыть в мир удовольствий.

Через мгновение я взрываюсь. Ярко и сильно, в глазах темнеет, но я все равно их не закрываю. А уже в следующую секунду чувствую на губах собственный вкус и вкус Никиты. Он целует меня. Целует! Прижимается мягкими губами к моим и обводит их языком, проникая в мой приоткрытый рот. Сплетаясь с моим языком и делая оргазм ярче. Если бы кто—то спросил меня о нашем первом поцелуе с Никитой, я бы не смогла описать его. В первую очередь, потому что он слишком интимный. А во-вторых, когда переполняют эмоции, ты в одно мгновение испытываешь массу чувств, ни одно из которых не сможешь описать словами.

– Ида, ― стонет он мне в губы. ― Да! ― выдыхает шумно, и я чувствую, как он пульсирует во мне, наполняя презерватив.

А я жадно смотрю на него, впитывая каждую черту. Крепко сжатые челюсти, безумный блуждающий взгляд, покрасневшую кожу. Во время оргазма он еще красивее. Подумать только, я пропускала это зрелище целых три месяца!

Мы берем тайм-аут, чтобы отдышаться. Никита прислоняется своим лбом к моему и прикрывает глаза. Я зарываюсь пальцами в его волосы и наслаждаюсь мгновением. Он вернулся ко мне.

Мы приводим себя в порядок, потому что пора расходиться. Скоро вернутся помощник с секретарем, и Никиты здесь быть не должно. И уж точно не за запертой дверью.

Он быстро поправляет одежду, берет свой портфель и направляется к выходу. Останавливается, достает из кармана знакомую карту и кладет ее на тумбочку при выходе. Поворачивает голову вбок так, что я вижу только его профиль.

– В восемь. Тот же номер.

– Ты сказал, что встреч будет всего десять.

– У меня всегда было плохо с математикой, Ида. Поэтому я стал юристом, ― с легкой улыбкой отвечает он, и выходит из моего кабинета.