Он попросил нарезать бутерброды, но я осмелилась сделать более сытный завтрак в благодарность за его доброту. И, конечно, потому что так привыкла.

— Очень вкусно, Юль! — Хвалит, и продолжает говорить: — Всё думал, когда рванёт? Ставил на квест, но вы уехали с подругой.

Я смущенно краснею и прячу глаза в напитке, вспоминая наш поцелуй. Первый настоящий поцелуй и то, как Ромка грел мои руки, а потом заботливо прятал, чтобы наша команда выиграла.

Ради спора? Он уже тогда играл?

Повинуясь внутреннему наитию достаю свой телефон и нахожу нужное сообщение. Подвигаю через стол смартфон к Сычёву.

— Что это?

— Нажмите на экран…

Альберт Игоревич запускает запись, а во мне вновь каждое слово отдается тысячей иголок.

Сычёв смотрит внимательно. Останавливает и запускает вновь. А я молча жду его вердикт.

— Идиот, — цедит сквозь зубы. — Выходит, вчера ты узнала про это?

Альберт показывает на погаснувший экран.

— Вчера.

— А Антонина?

— Девочка с работы.

— Девочка с работы, — повторяет мужчина. — Что ж, когда будешь готова, скажи. Я отвезу тебя… на работу.

Чуть раньше, когда я хотела уйти, он даже как—то разозлился и сказал, что можно оставаться столько, сколько мне необходимо. Но мне…

У меня, в общем, нет никакой необходимости и стеснять своим присутствием я не буду.

Мою посуду после завтрака и прощаюсь. Сычёв порывается отвезти, но я… Я не хочу. Под предлогом, что договорилась встретиться с подругой, покидаю гостеприимный дом. Нет никакого желания рассматривать интерьер. Понимаю лишь, что дом огромный, а ехать мне придется с пересадкой. Но это к лучшему: побыть одной и отвлечься. В толпе легче отвлечься, чем с собой наедине. В толпе есть мнимое чувство, что ты маленький винтик целой системы, что от тебя тоже что-то зависит…"

"Чемодан оттягивает руку, и я постоянно перекладываю его, так как катить по снегу, которого намело за ночь, нереально. Усталость тоже отвлекает. Этим я спасаюсь и собираюсь забыться, нагружая себя до предела.

Закоченевшая, добираюсь до адреса. Быстро переодеваюсь и спешу в зал, чтобы повторить свой проход. Руки поначалу не слушаются, но я терпеливо разогреваюсь, подтягиваясь на лентах.

— Привет!

В зале появляется Тоня. На ней нет костюма, а в руках она крутит мою маску.

* * *Быстро спускаюсь вниз и забираю маску, которую не нашла в шкафчике. Мне вообще показалось, что в нём кто-то рылся, потому что я складываю вещи иначе, но списала на паранойю. Враги и предатели мерещатся в каждом человеке, за что надо передать спасибо Амурскому.

При воспоминании о бывшем парне в груди появляется холод, а потом резкая боль. Я растираю кулаком место, где обжигает, и часто дышу, чтобы унять странное состояние.