– Па-ап?

– Тань, давай не сейчас. Что ты цепляешься к словам! – Но под моим взглядом все же сознается, в хмуром смущении поджав рот. – Ну, кажется.

– Только кажется?

– Дочка, не усугубляй!

– Так скажи как есть, – я развожу руками, не узнавая отца. До сих пор он мало что скрывал от меня. – Чего юлить?

– Все это сложно объяснить.

– Да уж ребус страшной силы, и не говори. Без инструкции не разобраться. Ты что, не хочешь? Не любишь Элечку?

Отец замирает с выпрямленной спиной.

– Не говори ерунды! Люблю, конечно, и Элю и Пашку, очень даже! Но… мы так долго были с тобой вдвоем. Я не знаю, чего хочу. Готов ли настолько изменить нашу жизнь.

– А наша жизнь сама меняется, пап, хотим мы этого или нет. Неужели не видишь? И когда свадьба? Ты ведь думал об этом?

Крюков отпускает смешок, закатывает рукава рубашки выше локтя, и я вновь отмечаю, какой отец у меня еще молодой и красивый. Засмотреться можно. Немудрено, что тихоня Элечка влюбилась в него по уши.

– Таня, шутишь? Я только что развелся с Эсмеральдой. Какая свадьба? Да и ты у меня вот, совершенно неожиданно невестой оказалась. Не до того сейчас.

– И что? – удивляюсь я. – Какое мы с матерью имеем отношение к вам с Элей?

Вот теперь возмущение в глазах Крюкова затмевает смущение от разговора.

– Ну, ты и скажешь, дочка. Не думал, что однажды услышу от тебя такое."

"– Пап, послушай, я не о том! Я знаю, что ты меня любишь! Очень любишь! – Я подхожу к отцу, обнимаю его под грудью, и он тут же целует меня в макушку, обнимая в ответ. – Я просто хочу, чтобы ты был счастлив, раз уж повстречал свою Элечку, чтобы не ошибся. Она-то в отличие от тебя надеется и ждет. Вон как смотрит, я же вижу, а если еще и ребенок… Ну к чему вам пересуды, пап?

– Ох, Таня. Странные мы разговоры с тобой ведем. Совсем взрослая ты у меня стала. Я не откажусь от Эли и Пашки, конечно нет, просто…

– Просто ты полжизни прожил с человеком в браке, который и браком-то было нельзя назвать, а теперь пасуешь перед возможностью узнать, что такое семья.

– Много ты понимаешь.

– Немного, но кое-что понимаю. Если тебе не повезло с одной женщиной, Крюков, это еще не значит, что жизнь закончилась, ясно?..»

«… – Ну, здравствуй, мальчик. Давай знакомиться?

– Зд-дравствуйте, Баба Яга. Д-давайте.

– Надо же, какой непосредственный ребенок. Правнучек, твоя работа?

– Не знаю, Ба, о чем ты.

– А м-меня Пашкой зовут, по фамилии П-петров. А у вас, бабушка, п-правда есть метла и настоящая ступа?

Я порываюсь что-то сказать, чтобы исправить ситуацию, пока побледневшая Элечка от смущения хватает ртом воздух под хохот Максим Аристарховича, но Рыжий уже тянет меня к себе, шепча на ухо:

– Не переживай, Танька. Сейчас Яга отведет Пашку на кухню, соврет, что ступу с метлой свистнули домовые, а потом накормит твоего Снусмумрика до отвала конфетами.