Я решила сказать все что думаю.

— Полное…

Ложка не растерялась, вбросила в мой рот новую порцию невозможно мерзкого на вкус пюре.

— Освободите меня немедленно! — заорала я, отплевываясь от фруктовой размазни.

— Все поняли? — тоном учительницы первого класса осведомилась Эмилия.

Я сообразила, что «няня» использует любой момент, чтобы накормить пленницу, и издала стон.

— Скажите по-человечески, — потребовала продавщица.

— Да! — рявкнула я и поперхнулась «вкусняшкой».

— Наглядная практическая демонстрация лучше слов и рекламных буклетов, — заметила Эмилия, нажимая на пульт, — вставайте. Няня дезактивирована.

Я попыталась подняться, но не смогла и потребовала:

— Сию секунду отстегните…

Договорить мне не удалось, по языку растеклась омерзительная масса. Я не выдержала и выплюнула «амброзию». В ту же секунду ложка со всего размаха стукнула меня по лбу.

— С ума сошла! — завопила я. — Ой! Опять в меня эту пакость впихнули. Тьфу, тьфу.

— Почему-то не отключается, — пробормотала Эмилия, упорно нажимая на пульт. — Странно.

— Там определенно есть кнопка аварийной остановки, — процедила я, не разжимая челюсти.

Напрасные надежды. Кусок резины ловко втиснулся в крохотную щель между моими зубами.

— Она не предусмотрена, — забубнила Эмилия, — если сделать кнопку «Мгновенное отключение всех функций», ребенок вмиг ее найдет и воспользуется. Дети хитрее обезьян.

Я, шевеля только губами, проговорила:

— Уберите тарелку.

Ложка зачерпнула желто-коричневую жижу и потыкалась в мои резцы. Я обрадовалась. Ага! Не вышло? Так тебе и надо! Железный держатель, на котором крепился столовый прибор, отъехал и замер. Меня охватила неописуемая радость. Я сумела победить ложку!

Колпак нажал мне на лоб, нечто, державшее мои щеки, приподняло мою голову, и… пюре залилось через нос!

— Пожалуйста, лучше открывайте ротик, — засюсюкала Эмилия, — иначе включается функция альтернативного кормления.

Меня охватило желание разломать стол в щепки, но сил на это не нашлось.

— Вызовите мастера, — взмолилась я, покорно разевая рот. — Сами пробовали через нос питаться? Тьфу, тьфу!"

"— Уже кликнула его. Ноздревой прием пищи — воспитательная мера, — заверещала Эмилия, — обычно хватает одного раза. Даже самые капризные дети начинают с удовольствием есть. Вот вы, например, кривлялись, а сейчас? Ням-ням! С аппетитом! О! Петя! Стул заклинило!

— Посмотрим, — прогудел мужик в спецовке.

— Пожалуйста, поскорей, — жалобно заныла я, выплевывая то, что впихнула в мой рот ложка.

— Постараемся.

— Сил нет больше есть. Тьфу, тьфу.

— Исправим.

— Так начинайте, наконец!

— Думаем!

— Эмилия! — заорала я. — Немедленно велите мастеру заняться делом. Почему он стоит?

— Петя размышляет, — пояснила продавщица.