Может, в другом городе врача нашел? Остальное ты знаешь: Митин погибал от рака, согласился на эксперимент, выздоровел, умер от инфаркта на острове, где и похоронен. Конец истории.

— Если некая особа отбывает в лучший мир, находясь в чужой стране, и там обустраивается скромная могилка, то есть шанс, что через энное количество лет покойничек воскреснет в Москве под другим именем, — заявил Собачкин. — Это вовсе не новый трюк.

Кузя сделал глоток воды из бутылки."

"— Теперь о медсестре Рагозиной, незамужней особе. Родители ее умерли, училась она на пятерки, в медвуз не попала. Ни в чем предосудительном не замечена. Служила в муниципальной клинике, оттуда ушла в «Человек здоровый», жила в комнате в коммуналке. Купила вскоре после излечения Митина квартиру в малопрестижном районе. Заплатила всю сумму сразу, ипотеку не брала. Наверное, скопила миллионы на чаевых, которые больные давали, экономная такая. Покинула лечебницу Павловой после того, как Митин заголосил о своем выздоровлении. Полгода неизвестно что делала, потом стала помогать доктору Неволяеву Сергею Петровичу в морге.

— Надоели ей живые люди, — предположил Собачкин, — вечно жди от них неприятностей. С трупами лучше: лежат тихо, не капризничают, не жалуются, а главное, молчат. Телефон Рагозиной я тебе переслал.

— Сейчас попробую договориться с ней о встрече, — обрадовалась я.

Семен помахал рукой.

— Уже договорился! Она тебя через два часа ждет в кафе «Монотоно».

Я открыла айпад.

— Ужас! Оно на краю света находится.

— Это выбор Рагозиной, — пожал плечами Собачкин, — угощение за твой счет. Она велела, чтобы ты телефон в машине оставила. Как бы не стала тебя обыскивать, сумку обшаривать в поисках диктофона.

— Мне не привыкать, — засмеялась я, — пару лет назад я разговаривала с одним бизнесменом, когда разговор завершился, он вызвал свою секретаршу, та изучила содержимое моего ридикюля, потом обхлопала меня со всех сторон. А мужик тем временем проверял, не записала ли я чего в телефон.

— Вона какой недоверчивый, — хмыкнул Кузя.

Я вытянула вперед ногу.

— Надеюсь, Рагозина не потребует, чтобы я надела принесенные ею тапки. Суну один мобильный в ботинок. А второй на ее глазах демонстративно выключу.

— Если Татьяна догадается в твоих черевичках пошарить и найдет трубку, она откажется беседовать, — вздохнул Сеня, — потеряешь информацию. И ей покажется странным, что ты в мае явилась в осенних ботинках.

— Запомнить ее слова в точности я никогда не смогу, — призналась я, — поэтому рискну. Трус не играет в хоккей, попробую записать беседу на тайную трубку. А насчет обуви… Ты никогда не слышал про летние сапожки?

— Летние са-по-ги? — повторил Кузя. — Зачем они? В теплое время года нужны босоножки.