И, как водится, пока все собрались, шумно обнимались-целовались-здоровались, пока расселись и сделали заказ — все с работы, все голодные.

Пока что-то ели-пили, так уж и глубокий вечер подкрался. А я чувствовала, что устала, и легкие приступы слабости несколько раз накатывали вполне ощутимо, поэтому и скомкала свое повествование, не распыляясь на мелочи и детали.

Рассказала про Аркашу и подозрения полиции.

Вот тут и начались жаркие обсуждения! Народ возбухал, предлагал наперебой помощь разного уровня, принялись спорить друг с другом, некоторые выбегали покурить на улицу, разволновавшись, другие подсаживались ко мне поближе, что-то уточняли, спрашивали.

Как всегда — хаос! На месте никто не усидел: все активные, шумные, шебутные! Единственным человеком, оставшимся сидеть, оказалась я, а вокруг меня закручивались воронки активности моих друзей.

Они перемещались, что-то еще заказывали, ели-пили, передавали друг другу, и от всего этого пустого шума-гама у меня начинала болеть голова, и слабость уже не накатывала, а захватила меня в полное свое распоряжение.

— Так. Все! — остановила я их галдеж. — Вы тут обсуждайте, а я домой поеду. Чувствую себя ужасно!

— Я тебя отвезу! — тут же поднялся Владимир. — Моя машины ближе всех стоит.

— Отвези, — с благодарностью согласилась я.

Свою потом заберу или попрошу кого перегнать — не в силах я сейчас за руль садиться, что-то совсем расклеилась.

По дороге до моего дома мы с Вовой практически не разговаривали — он поглядывал на меня обеспокоенно, качал недовольно головой, что-то обдумывая, но молчал, пока мы не подъехали к самому подъезду. Впрочем, тут и ехать-то было минут десять.

— Кир, ты же понимаешь, что можешь на нас по-настоящему рассчитывать? — в форме уверенной декларации заявил он, остановив машину.

— Я знаю, Вов, и благодарна вам всем за участие. Если понадобится, обязательно попрошу помощи. — И заверила: — Честное слово.

— Вот и ладушки, — порадовался он, чмокнул меня в щечку и напомнил еще раз: — Я подключусь в любой момент и через свои каналы узнаю, что там у ментов происходит. И ты же понимаешь, что не на уровне твоего этого опера-капитана и даже не его начальства.

— Я понимаю, Вов, спасибо, — поблагодарила я и стала выбираться из машины.

Что-то мне хреновастенько стало вполне так ощутимо. Переоценила я свои силы, рановато было, видимо, мне козой неугомонной по городу скакать. Еще и к этому Иваницкому зачем-то сама поехала — совсем уж рассердилась я на себя — порядочная ты наша, по-правильному хотела, по-честному, лично предупредить! Теперь вот еле ноги волочу!"

"Володя быстро вышел из машины, помог выбраться мне и проводил до самой квартиры. За что ему особая благодарность — действительно, что-то мне все хуже и хуже.