Соответственно, мечтай, не мечтай… Или, как говорится в старой народной присказке, голосуй, не голосуй, все равно получишь… Ни черта. Так и тут. Мажора даже в некотором роде жаль. Я бы, если честно, точно такого не хотел. Встретить женщину, которая исключительно мне подходит, влюбиться в нее и знать, что это все — временно. Что вместе нам не быть, один хрен, а меня, того и гляди, выкинет обратно в будущее. Почти на сорок лет вперед. И шансов никаких. Вообще никаких. А потом жить, смотреть на всех тех телочек, которые кружат рядом и вспоминать Наташку.

Ясное дело, Мажор для многих — лакомый кусочек. Для особо женского пола имею в виду. Тут и бабки, и семья, и положение в обществе. Но и особы эти — определенного склада. Учитывая круг, в которых вращается мой олигархический товарищ, там вряд ли можно найти что-то настоящее. Деньги к деньгам, как говорится. Либо красивая кукла, у которой за душой не особо много имеется. И в данном случае я не только про бабло.

Короче, Мажора мне стало вдруг искренне жаль. Чисто по-человечески. А потом очень неожиданно, совсем внезапно, пока я нес ящик с рыбой от машины до холодильников, в башке вдруг всплыла Катенька. Та самая. Дочь нашего с Соколовым комбрига. Реально. Я чуть не всандалился в угол. Просто топал по коридору, с коробкой в руках, и в голове появилась картинка. Катенька идёт по парку. Ее легкое платье слегка треплет ветер, волосы развеваются. Прямо сцена из долбанного романтичного фильма о любви.

Внутри возникло какое-то странное ощущение. Нет, мы как бы с Соколовым тоже не пальцем деланые. Эмоции, чувства, нам не чужды. И Катенька достаточно сильно запала нам в душу. Но в отличие от Мажора, четко понимал и понимаю, какая, на хрен, любовь в 1982 году, если сам я вообще из другого времени. Зачем думать о том, что невозможно и нереально. Только нервы себе трепать. Поэтому то чувство, которое в моей душе вызывала Катя, с самого начала было жесточайшим образом растоптано и заперто за семью замками солдатским кирзовым сапогом. Я вообще не собираюсь потом в каждой встреченной женщине искать дочь комбрига. Особенно, если учесть, что так-то скоро уже пора и о семье подумать. Мать достала своими причитаниями, как жизненно необходимы ей внуки.

И вот с какого хрена именно сейчас, после разговора с Наташкой мне в башку упорно лезла Катенька, не знаю. Сначала подумал, что расчувствовался из-за Мажора и его истории. А потом, буквально через несколько шагов, осенило. Катя была здесь, в Москве с братом. Они приехали к деду, который у них какой-то военный. Но в отставке. А потом пацан, Алёша, по-моему, доверительно сообщил, будто их дедушка бывший разведчик. Но и самого этого товарища я тоже запомнил. Деда, в смысле.