— Сейчас хочу сказать тост за наших советских женщин, тружениц и героинь!.."

"Теперь, сидя в одиночестве, Хрущёв вспоминал, раскладывал каждое произнесённое за столом слово. Он понимал, видел, что тучи сгущаются, что ни сегодня так завтра хозяин перейдёт от тостов и слов к делу, объявив своё окружение «новыми буржуями», а потом врагами народа. И не один он, все этого опасались, потому что видели, как хозяин окружает себя молодыми кадрами, протаскивая их в ЦК и на ключевые должности. Убрать старую гвардию, одномоментно лишив страну управленцев и тем ее разрушив, он не мог себе позволить, исподволь готовя, продвигая и воспитывая для себя новую поросль. Всё это не раз обсуждалось в кулуарах, не впрямую, но всё больше намёками, допусками и предположениями. И хоть были соратники Сталина в борьбе за власть прямыми конкурентами, в этом вопросе проявляли редкостное единодушие, всё больше втягиваясь в интриги против вождя народов. Что им должности, если в любой момент можно головы лишиться? В одиночку никто из них ни на что решиться не мог по определению, разве только Лаврентий, который умел брать на себя ответственность и принимать решения… Остальные предпочитали действовать скопом, чтобы наброситься на одряхлевшего вожака всей стаей.

Хрущёв готов был примкнуть к кому угодно, чтобы не упустить свой кусок пирога, хотя всерьёз его никто не воспринимал. Всегда он был при Сталине и его приятелях на роли клоуна, которого держали в качестве затычки для любой бочки, считая человеком недалёким и мало на что способным. Не было в биографии Хрущёва никаких особых «университетов», не было партийного, с дореволюционных лет, стажа, подпольной работы, царской каторги и героических побед в Гражданской войне. Когда другие создавали партийные ячейки, устраивали «эксы» и каторжанские робы носили, он в «Обществе трезвости» состоял и в футбол гонял. Был Никита сызмальства пастухом и молотобойцем, жил в посёлке Сучий, перебиваясь с хлеба на воду, о чём ему частенько напоминали друзья-приятели. «Не может, Никитка, в такой дыре с таким названием родиться справный малый…» Серенькая биография серенького человека, который свою должность задом высиживал и готовностью в любой момент услужить начальству, хоть даже за водкой сбегать. Мальчик на побегушках… Конечно, там, на местах, Хрущёв отыгрывался по полной, теша своё уязвлённое самолюбие: лихо подмахивал расстрельные списки с именами старых заслуженных партийцев. И всё-таки его никто всерьёз не воспринимал. А это было обидно… Но и было удобно. Держась в тени, легче уцелеть. Многие легендарные личности, с героическими биографиями и с девятьсот пятого года партийным стажем, в тридцать седьмом как мотыльки на свечках сгорели. А он выжил и поднялся. И теперь не должен сгинуть.