– Душ? – спросил он уверенным, деловым, всегдашним тоном. – Завтрак? Мальчика будить?

Тонечка села, прикрыла одеялом телеса, помотала головой и почесала кудри.

Она должна что-то ему сказать, и это «что-то» очень важное для их общей жизни. Она ещё вчера собиралась, но так и не сказала. А сейчас… не могла вспомнить.

– Саш, – сказала она, сообразив. – Подожди. Не спеши так. Поговори со мной.

Он присел на край кровати. Ему даже в голову не приходило прикрываться одеялом!..

– Что ты знаешь о Кондрате Ермолаеве?

Муж вздохнул. Тонечка покосилась на его грудь – она поднялась и опустилась, очень красиво.

– Что он в кутузке. Сидит за решёткой в темнице сырой.

– Саша!

– Тоня, что ты хочешь услышать? Он мой старый друг, его жену я раньше не видел, сегодня к четырём я поеду к Серёге Мишакову, он мне обещал свидание с Кондратом. Что ещё?

– Чем занимается твой Кондрат?

– Он повар.

– Всю жизнь? Где вы познакомились? В ресторане? Он тебя угощал? Готовил бараний бок с кашей и няню?..

Герман засмеялся:

– Бараний бок и няня – это откуда?

– Из «Мёртвых душ», – буркнула Тонечка.

– А что такое няня?

– Понятия не имею.

Она посмотрела на него, и он понял, что дело серьёзное. Серьёзней, чем он предполагал!

– Мне кажется, мы вот-вот… потеряемся, – продолжала она в отчаянии. – Что ты – уже не ты, и непонятно, кто тогда я!.. И что вокруг нас творится!

Он попытался её обнять и привлечь к себе, но она не далась.

– Саша, так нельзя. Мне страшно.

– Не бойся, – тут же сказал он. – Бояться нечего. Если бы было чего бояться, я бы… оставил тебя дома.

Тонечка уставилась на него. И пробормотала:

– Господи ты Боже мой.

– Я тебе всё объясню, – пообещал муж. – Но не сейчас.

– А… что ты мне объяснишь? – спросила она горестно. – Я не хочу никаких ужасов, понимаешь? У меня в жизни они уже были!

– Не будет никаких ужасов, – пообещал он уверенно. – Ты сможешь с Родионом побыть? Или сбагрить его нашим детям? Мне нужно съездить.

– Куда?

– По делам.

– Понятно.

…Затея провалилась, вот что. Ничего не вышло из её попытки поговорить «о важном». Её муж или не хотел, или не мог ей ничего сказать.

– Я вернусь, – сказал он, наблюдая за её лицом, – и мы вместе съездим к Серёге, хочешь? Повидаем Кондрата.

– Да, – ответила Тонечка. – Хочу. Ты мне вот что скажи хотя бы – имеет смысл искать его жену или нет?

Он удивился:

– Ну, конечно, имеет! Мы же должны понять, что произошло у Кондрата в доме!..

– А ты не знаешь? – уточнила Тонечка.

– Нет.

Пока он принимал душ и одевался, она сосредоточенно думала, сидя на разгромленной кровати. Потом спохватилась, напялила халат, постелила одеяло и покрывало.

– Разбуди Родиона, – велела она мужу.