– Близких родственников у тебя не было. Последняя запись о твоём пребывании в приюте Святой Макарены, в том же Мюнхене, в возрасте четырёх лет. А вот дальше… Дальше ты исчез, натурально исчез, – качала головой Катя. – А ведь четырнадцать лет ты чем-то занимался!

– Легко исчезнуть, когда у тебя нет ни родового кольца, ни родственников, – пожал я плечами. – Из приюта я сбежал и занимался то тем, то этим, – хмыкнул я.

– Сбежал из приюта? А твоё воспитание? – она снова «переключилась» на официоз, как будто вещал робот. – Подтверждённо знает шесть языков, чрезвычайно хорошо обучен обращению с оружием, потенциальный Дар Приручителя не соответствует возрасту. Развит не по годам. Мне продолжать? – спросила Катя.

– Хорошая у вас разведка, – хмыкнул я. – Но могли бы и просто так спросить, я бы все рассказал.

– Ну вот, я у тебя и спрашиваю. Как это всё получилось, барон Галактионов?

– Иди сюда, – заговорщически понизил голос, махнув рукой. – На ушко скажу.

Я обернулся, но Астахов и дюжина моих гвардейцев-разломщиков были в стороне. Она заинтересованно наклонилась, и я ей тихо прошептал.

– Просто я чёртов гений!

Заинтересованность на красивом лице девушки сменилась недопониманием, а потом обидой.

– Ты вообще можешь быть серьёзным, барон?

– Очень редко, княжна, очень редко, – засмеялся я. – Вот Разлом зачистим, и сразу стану серьёзным. Подозреваю, что у тебя в рукаве предложение от твоего батюшки, от которого я не смогу отказаться?"

"Разлом действительно был любопытным. Интересен для многих, но очень интересен для Рода Андросовых. Разлом имел жёлтый ранг, и внутри него водились неприятные, но нельзя сказать, что сильные твари.

В местном мире они относились к многочисленному типу человеко-зверей – полуразумных тварей с разумом человека, а силой и способностями животных. Конкретно, эти напоминали то ли ангелов, то ли летучих мышей, которые парили под высокими сводами пещеры и обладали стихийными техниками, что позволяло им не приближаться к нам слишком близко.

В прошлом мире, среди Охотников, они назывались «дефективами». Это точно отображающее смысл прозвище было дано им из-за свойства их душ. Они не были человеческими, но и не были душами тварей. И среди Охотников постоянно шёл диспут – можно ли воспользоваться этими душами.

Однозначного запрета не было, но большинство всё-таки старалось этого не делать. В отличие от полностью человеческих душ, Охотник не сходил с ума, его сила даже увеличивалась. Вот только терялась концентрация, и временами были случаи, когда у такого «объевшегося недодушами» Охотника в ответственный момент могла дрогнуть рука, и меч мог пройти мимо цели. Либо же заклинание, в лучшем случае, не срабатывало, а в худшем наносило вред ему самому.