— А то Волк у меня очень нервный, — кивнул я на своего охранника. — Вы же все его уже узнали? Да? Что, нет? Как нет? Ну, так спросите вон у него, — киваю на охранника Жанова. — Он точно его знает.

Как же мне нравится все это. Они позвали меня сюда, будучи уверенными, что сейчас размажут мальчишку. А что-то пошло не так, и теперь они сидят и психуют по-полной.

Даже их охрана, и та нервничает, не ведая, что им предстоит. Нет, они не были слабыми, но зная Волка, один из них точно понимал, что в случае стычки, как минимум трое из них не выйдут живыми из этой комнаты. А еще они не знали, на что способен я. Но скорее всего, хорошо знали, на что способны их господа, и оттого нервничали.

— Щенок… — сжал зубы Боровицкий, в криминальном мире известный под прозвищем Боров.

— Боров, скажи мне, а Король тебя отпустил погулять? Или ты, как непослушный мальчишка, сам решил вписаться в это дело?

Как же сильно растет напряжение в этой комнате. То, что Боров — виконт, и при этом работает на Короля, было тайной для многих. И теперь они явно не понимают, откуда я это узнал.

Как уже сказал, не зря я тут два часа сидел. А Шнырька облазил всю округу. И количество их охраны, которая рассредоточилась по всему району, и сейчас сидят в своих машинах, зашкаливает. Если послушать, о чем они говорят, то многое может стать известным.

Так я узнал, что водитель Боровицкого имеет его жену, потому что у мужа проблемы с этим делом, после одного несчастного случая, когда он ущипнул за попу молодую и очень наивную девушку, которую принял за обслугу. Но в комнату вовремя влетел ее брат, и сломал ему… гордость? Будущее? Много чего сломал…

— Ладно, я устал, — когда увидел, что они снова стали собираться с мыслями. Я решил надавить на них еще больше, и поставить шах."

"— Давайте, объявляйте мне войну! Я жду, господа! А после того, как объявите, то объясните, какого хрена здесь забыл Боров. Всем же известно, что он импотент, и не способен даже на бабу запрыгнуть. Куда уж ему войны объявлять!

Попал… Как же я попал… Теперь даже охраники в шоке, а у одного барона из руки выпала вилка, на которую он насадил пельмень. Ручонки перестали слушаться? Это хорошо… Все идет по моему плану.

Теперь вопрос, насколько же Боров тупой, как я о нем и думал.

— Ты… — подорвался он, как ужаленный со своего места, злобно смотря на меня.

— Я, виконт Боровицкий, объявляю Роду Галактионовых войну! Это мое последнее слово!

После этого он активировал свой Дар, и со всей силы швырнул кресло, на котором сидел, в стену, отчего то развалилось.

Он был в такой ярости, что вот-вот накинется на меня. Однако, еще не потерял весь разум и самообладание, и чтобы все не испортить, махнул рукой своему охраннику, и быстро направился к выходу.

Я не мог его так отпустить. Нужно было еще поиздеваться.