— Да, пожалуйста.

— Где вы научились этим техникам? Это точно было не в Японии. Я бы знал о таком самородке. А ещё я знаю, что за последние десять лет всего три Великих Магистра подобного уровня отсутствовали за пределами Японии. Мне интересно, кто из них тренировал вас, потратив на это, без сомнения, несколько лет своей жизни?

— Кто меня тренировал? Да у меня было несколько наставников, — честно сказал я. — Больше всего приложил руку старина Мак, ну и Гранд–Мастер Вульф дал мне основы.

Японец нахмурился.

— Я не знаю ни одного из этих имён.

— Это было далеко отсюда. И это были не японцы.

— Тогда это ещё более удивительно, — сказал японец. — Вы не назвали свой титул. Вы из Российской Империи? Герцог, князь?

— Нет, я всего лишь барон.

Тут уже глаз дернулся и у этого старого и мудрого человека.

— Ничего не понимаю, — пробормотал он.

Мне даже стало немного жаль его."

"— Я же вам говорил, господин Накамуро, я очень талантливый. И да, у меня нет денег на такое оружие. И в ближайшее время вряд ли они появятся, — улыбнулся я. — Вы уж простите меня, не смог удержаться.

— Оружие предназначено для человеческих рук, умелых человеческих рук. А у вас руки виртуоза. Вы оказали честь, посетив мой скромный магазин, — на этот раз седой неожиданно поклонился еще глубже.

Я передал меч девушке, которая с поклоном забрала его у меня, и неспешно удалилась.

— С вашего позволения, я бы хотел еще посмотреть здесь оружие, — решил я.

Давно я не был так заинтересован.

— Я с удовольствием лично покажу вам всё, — улыбнулся японец, движением брови отсылая девушек. — Ведь деньги — дело наживное, и наживаются они гораздо быстрее, чем мастерство.

Я хмыкнул. А старый Ист прав, с этим точно не поспоришь.

Глава 3

Старик был прав, мне нравилась его логика. Деньги — дело наживное. Я никогда за ними не гнался, а знал лишь одно — деньги должны быть, и точка. Они лишь инструмент к достижению силы и познанию себя, а еще, именно они помогают мне чувствовать себя лучше.

Видел я в прошлой жизни людей, которые считали, что путь силы достигается через исповедание аскетизма. Дураки… Да я вернусь с любой самой тяжелой битвы, зная, что меня ждет вкусный завтрак и горячие женщины.

А они? Вернулись в пещеру жрать кашу без масла, и спать на твердой подстилке. Причем, им реально это все нравилось, но вот силы много я там не видел.

Не было среди Охотников аскетов. Нас обучали максимализму, и можно сказать, в некотором роде, понтам. Охотник должен показывать людям, какими они могут стать, и к чему приводит наш путь. Иначе откуда нам набирать новых желающих? Ха–ха!

— А что это за меч? — увидел я интересный клинок голубого света.

— А это Глаза Принцессы! — с явным удовольствием ответил он, глядя на клинок.