— Тэймэй, поклянись мне, что если что-то пойдёт не так, если тебя предаст род или собственная богиня не сможет помочь, ты позовёшь меня! Поклянись мне! — я не знаю, почему мне было важно получить от неё клятву. Просто чувствовал, что это необходимо.

Тэймэй молчала, не спеша давать невыполнимых обещаний, но потом кивнула, будто завершив разговор сама с собой или с Инари.

— Клянусь! Но и ты поклянись, что без моего зова не явишься! — выдвинула она встречное условие.

Бред какой-то. Я пытался обезопасить дорогого мне человека, а она всеми возможными способами отгораживалась от меня.

Или боялась, что я узнаю нечто тайное, сокровенное.

— У тебя там муж, что ли, остался?

— Нет конечно!

— Тогда чего ты боишься? — я в недоумении прижимал к себе Тэймэй, пытаясь разгадать природу её страхов.

— Боюсь, что ты предъявишь права на самое дорогое, что у меня есть! — девушка чуть вздрогнула в моих объятиях.

— Дорогая, будь ты хоть наследницей императорского престола, хоть хранительницей легендарных драконовых сокровищ я не стану претендовать на них.

Самое дорогое, что у тебя есть — это жизнь и свобода! И то, и другое мне подарить можешь только ты сама, поэтому я слабо представляю, на что ещё можно претендовать! Заметь, я даже на невинность твою не претендую, хоть мне этого безумно хочется! — попытался я пошутить, но шутка возымела обратный результат. Тэймэй подавилась воздухом и закашлялась. М-да, чувство юмора у меня явно не улучшилось.

Подав девушке стакан воды, я смотрел, как она жадно выпивает его до дна.

— Прости, шутка не удалась! Просто хочу, чтоб ты знала, я не стану вмешиваться в твою жизнь и рушить её, я не стану предъявлять права на тебя или на что-либо, что тебе дорого.

Я просто хочу знать, что где-то там на другом конце земли счастливо и безопасно живёт дорогая мне женщина! Я не бог, но, если потребуется, вмешаюсь и помогу тебе получить место, принадлежащее по праву рождения и праву силы. Ты этого достойна.

Мы обнимались у камина, разглядывая языки пламени, пока Тэймэй тихо не уснула у меня на руках.

Слова клятвы так и не были мною произнесены.

* * *Князь Рюгена с замиранием сердца возвращался домой, впервые в жизни он испытывал страх. Это незнакомое доселе чувство закралось в душу и сжимало её когтистыми лапами. Корявая ледяная лента, до того захватившая в смертельный плен его корабли, вела прямиком к острову.

Стояла звенящая тишина, нарушаемая лишь скрипом снастей да тихим шелестом морских волн. Привычных портовых звуков просто не было, как будто все вымерли.