— Почему ваша сестра обвинила королеву Дании в покушении на убийство?

— Потому что бретёр во время поединка использовал проклятие, призванное уничтожить всех моих кровных родственников, коих у меня не так много, — здесь я даже не стал лукавить. — Мне помог Комаро, а сестре — Виноград. Они же и подтвердили законность обвинений.

Император кивнул, делая пометки на лежащем перед ним листе бумаги.

— Почему вы думаете, что это была не случайность?

— Он сам признался перед смертью, что у него был заказ от Мадлен Блавален.

— Вы угрожали датской короне войной? — взгляд императора стал колючим.

— Я предупредил род Блавален, что за попытку уничтожить мой род они получат симметричный ответ. Хочу отметить, что войны родов объявляли и по меньшим причинам, — я откинулся в кресле. Меня начинала забавлять наша игра в кошки-мышки.

— Но в пределах одной страны, а они — род иностранный. Это могло привести к войне. Вы считаете себя вправе вмешиваться в международный курс империи? — холодная улыбка на лице императора скрывала настоящую волну тщательно скрываемого гнева.

«На что же ты на самом деле злишься?»

— Я считаю себя вправе защищать свой род и свою семью всеми доступными мне способами, учитывая при этом интересы Родины.

Ни я, ни сестра не объявляли войны Дании. Она призвала к ответу заказчицу неудавшегося покушения, я предупредил о последствиях по древнему закону: «Око за око, зуб за зуб».

— Что вы скажете об информации по поводу вашего бастарда от княгини Инари?

Хм, а император явно готовился к допросу. Но, судя по тому, что мы всё ещё ходим вокруг да около, основная причина для гнева ещё не была озвучена.

— Скажу, что вас не должно интересовать, с кем я сплю и уж тем более с каким результатом.

— Она — иностранная подданная, — император снова сверлил меня немигающим взглядом.

— Она — моя невеста.

— Она — глава иностранного рода! Интересы наших государств могут не совпадать, и тогда мы получим потенциального предателя!

— Вы серьёзно в это верите после клятвы, данной моим родом? Вы, как никто другой, знаете, что подобные клятвы не предполагают предательства.

А вот сейчас я безбожно врал, ведь видел не менее пяти способов обойти клятву, данную Комариными на заре становления рода.

Но это были пути отступления на случай, если Кречеты вдруг решат нас уничтожить.

— Ваши личностные интересы могут возобладать над государственными, и мы получим никому не нужный конфликт, — устало потёр переносицу император, хотя я чувствовал, что усталость эта показная. Пётр Алексеевич лишь притуплял моё внимание, намекая на скорое окончание аудиенции.

— Пока подобного не случалось, и, надеюсь, не случится впредь, — поддержал я игру императора в доброго заботливого сюзерена.