— Почему ты мне это рассказываешь? — я просто-таки спинным мозгом чувствовал, что такая откровенность не к добру, ой, не к добру.

— А к тому, что стоит тебе собрать все первостихии, и алтарь засияет как дармовой источник чистейшей силы, который многие, если не все, захотят использовать для собственного возвышения. И тут уж чей младший бог быстрее подсуетится. Могут по очереди нападать, а могут единым фронтом. В любом случае тебе его не оставят. Для обычного мага это путь в полубоги, а уж для такого, как ты…

Я догадывался о чём-то подобном, но предпочитал решать проблемы по мере их поступления.

— Да тут и без вашего алтаря уже желающие есть в мой старый мир сходить в экспедицию и наложить лапу на источники силы, на которых нынче инквизиторы и святоши засели, — продолжал я делиться собственными проблемами и не только.

Да уж, с Комаро у нас таких откровенных разговоров не вышло. Единственный раз, когда я оговорился про алтари, тот принялся сразу же манипулировать снятием сдерживающей печати. Здесь же я только успевал подбирать эфемерную челюсть с пола от откровений духа земли.

— А ты как хотел? Это же пропуск в высшую лигу, — разжёвывал прописные истины дух земли. — Чем больше таких источников признают тебя хозяином, тем выше будет твой божественный ранг. Странно, что твой Комар ещё тебя на шантаж не взял. Неужели ему не чуждо благородство?

— Я не собираюсь подчинять себе алтари старых богов и становиться на путь обожествления! — сознательно пропустил я ремарку про покровителя, потому что ещё сам не разобрался с отношением к нему. — Я просто хочу сковырнуть с них тварей, которые превратили мой мир в помойку, полную разврата, смертей и страха.

— Ой ли… Не забывай, я видел… достаточно, чтобы понимать и разделять твои истинные цели. Но, если источники оставить бесхозными придут новые инквизиторы и святоши, и всё повторится. Так же, как и здесь! Ты думаешь, ты первый? Трайодасан… Тринадцатый! Порой мне кажется, что я живу где-то в глубине собственных тайных троп, где события зациклились по одному сценарию. Каждый раз мы пытаемся что-то изменить, но заканчивается всё одинаково!

— Женщина, которую я видел… — я как наяву вспомнил сцену её казни, — кем она была?

— Сильная душа, как и ты! Но совсем из другого мира и из другого времени. Эрги её любили, но она наивно поверила своему виду, а не им, за что и поплатилась.

— Какой у неё был порядковый номер?

— Двадасан, двенадцатая.

— Вы сделали её богиней, и её всё равно убили? Как такое возможно? — я чувствовал, что мне не открывали всей правды или старательно скрывали какую-то постыдную для них часть информации, посылая на убой, как когда-то эту самую Двадасан.