Он требовал вернуть его домой! От камня волнами расходилась сила и ярость, от которой сотрясалась земля под ногами. Ингрид ничего не могла поделать. Он с головой выдавал её присутствие, будто насмехаясь над её стараниями скрытно разведать обстановку. Дух хотел домой, и ему было абсолютно плевать на желания Ингрид. В какой-то момент камень в рюкзаке у неё за спиной начал нагреваться, требуя внимания."

"А у хранительницы в голове молотом стучала одна единственная мысль: «Нужно уходить отсюда!»

Сделать вид, что её здесь никогда не было. А этого чёртового духа напоить и усыпить кровью магички, добытой Михельсом. Сейчас Ингрид уже не интересовала угроза со стороны хозяев девицы. В конце концов, сами плохо обучили и прошляпили свой ресурс. Ей нужно было усыпить духа, иначе велик шанс, что род Исбьернов утратит основу своей мощи навсегда.

Камень всё раскалялся. Ингрид почувствовала запах палёной кожи, это дух пытался вырваться из заточения. В момент, когда дно рюкзака не выдержало и прогорело, хранительница, не раздумывая, заковала ладонь в каменную перчатку и интуитивно успела подхватить камень до того, как тот упадёт на землю.

В этом была её главная ошибка. Он знал и предвидел это. Это древний ублюдок развёл её как девчонку. Стоило перчатке соприкоснуться с почему-то текучей, похожей на влажную глину, поверхностью вместилища духа, как ладонь намертво там зафиксировалась.

Дух не просто захватил её в плен, он принялся ментально давить на хранительницу, требуя выполнять его волю, требуя отдать долг за все те годы, что Исбьерны безнаказанно использовали его для собственного возвышения и усиления.

— Верни! Меня! Домой! — набатом звучало в ушах Ингрид. — Верни! Меня! Домой!

Каждое слово сопровождалось толчками земли, но хранительница не сдавалась, мелкими шажками пятясь к границе уже собственных наследных земель.

— Я сильная! Я выдержу! — шипела магичка, игнорируя приказы духа. — Я смогу!

— Ах так! — перемену в настроении духа она почувствовала с запозданием в полсекунды, иначе не раздумывая отрубила бы себе руку по локоть. Но было поздно. Каменная перчатка истаяла, и рука Ингрид нырнула в раскалённую лаву, сквозь которую из сердцевины духа появились тончайшие жгутики-присоски и впились в энергоканалы магички.

Хранительница сделала попытку отсечь себе руку, но опоздала. Жгутики забрались уже так глубоко, словно присосались на прямую к средоточию магии и начали выпивать Ингрид напрямую.

От дичайшей боли магичка потеряла создание, и дух перехватил управление телом. Помня о минимальной скрытности, он ушёл под землю, но периодически выглядывал на поверхность, чтоб его носитель не задохнулся без воздуха.

После стольких сотен тысяч лет отсутствия он возвращался домой.