Но не ранее!

Золотой ободок, украшенный изумрудами и стилизованными листиками и цветами, скользнул мне на палец, и руку опалило теплом.

– Ну вот и все! – весело воскликнул Зайчик и встал. – А ты боялась! Теперь никто во всех мирах не сможет снять с тебя это кольцо и назвать своей невестой или женой. Только если я умру. Но я этого делать не планирую! – сверкнул шальными зелеными глазами эльф.

– Ри-ив! Спасибо! – хлюпнула я носом, рассматривая перстенек.

– Да-да, я хороший! – важно кивнул он. – Я знаю. Но ты говори, говори. Мне приятно послушать о том, какой я удивительный, замечательный, благородный, красивый, сильный, умный, добрый, идеальный…

– Лис! – рассмеялась княгиня и укоризненно посмотрела на своего отпрыска.

– Ну а чего? Скажете, неправда? – подбоченился этот баламут. – Я целых три года буду женихом этой сопливой и зареванной ведьмы. Представляете, какая жертва с моей стороны?! То-то же! А потом она меня бросит, и я буду страдать! О-о-о, как же я буду страдать! С чувством, с толком, с расстановкой… И мне все девушки станут сочувствовать и ругать мою коварную невесту, которая отказала такому чудесному мне. Да! И будут меня жалеть, жалеть… И так, и эдак… Вот! Но я буду безутешен: шутка ли – такое горе! Во-от! Но сострадать мне позволю и гладить и целовать тоже. И еще что-нибудь… Им придется очень постараться, чтобы хоть немного успокоить такого несчастного меня.

– Ривалис! – уже втроем воскликнули я, князь и княгиня.

– Не завидуйте! – поднял указательный палец Зайчик и расхохотался.

Наши посиделки плавно перешли в ужин. Только мне пришлось отлучиться, чтобы умыться холодной водой и убрать последствия постыдной истерики. Сама не знаю, чего это я вдруг начала рыдать. Нервы…

Изменения в моем статусе сразу же заметил Мишка. Пацаненок, как только увидел меня, чутко повел ушами, присматриваясь, нашел глазами кольцо и некоторое время его пристально рассматривал. Потом подошел к Ривалису, заложил руки за спину, задрал голову и уставился снизу вверх на младшего княжича.

– Чего тебе, малой? – поинтересовался Рив.

– Ты вроде хороший, – выдал мальчишка. Мой однокурсник хмыкнул, но не успел ничего сказать, так как Михалиндар продолжил: – Я понял, ты ее защитил. Это правильно.

– Ми-иш, – позвала я.

– Ты ее Ивару не отдавай, ладно? – продолжил говорить мой подопечный, серьезно глядя на собеседника. – У него дома плохо. Там страшно, как в тюрьме. Ей тяжело в том каменном замке. Она же золотая, а там почернеет. Нельзя!

– Почернеет, говоришь? – вздернул бровь Зайчик.

– Да, – серьезно кивнул малыш. – Ты такой же, как я, ты понимаешь. А она просто не видит."

"– Ребят, вы вообще о чем? – помахала я им руками, привлекая внимание. Но меня снова проигнорировали.

– Можешь оставить ее себе или отдать Карелу.