Парень остановил коня в паре метров от меня, спешился, поклонился вроде бы с уважением, но шею подобострастно не гнул. От него шел сильный запах лошади. Значит, скакал долго.

— С вестью я к воеводе твоему Увару. Обещал он гривну заплатить, — начал парень.

— Я заплачу, если будет за что, — проинформировал его и задал вопрос: — Половцы ратиться собираются?

— Да, князь, — ответил он. — Бостекан кинул клич по Степи, созывает охотников в поход на тебя. Место назначил в половине дня пути от моего города Вьяханя, за речкой Сулой.

Или Бостекан тоже решил напасть тогда, когда его не ждут и когда лес голый, трудно в нем засаду устроить, или, что скорее, невтерпеж было нанести ответный удар. Как большинство выходцев из низов, он слишком боялся уронить авторитет.

— Ты там был? — спросил я.

Уверен, что и его звали в этот поход. Наверняка некоторые его товарищи присоединились к Бостекану, а ему что-то не понравилось или решил без особого риска срубить деньжат.

— Был, сам все видел, — ответил парень. — И сразу к тебе поскакал. Воевода Увар обещал гривну…

— Гривна твоя, — заверил я и продолжил опрос: — Сколько собралось половцев?

— Сотни три-четыре, но я два дня скакал, за это время к нему еще охотники подойти должны. Они все время приезжают, по несколько человек или отрядами, — рассказал он.

— Срочно всех сотников и воеводу ко мне, — приказал я своей свите, — а этого накормите-напоите и выделите место для ночлега.

— Мне бы гривну получить, да я бы обратно поскакал, — попросил парень.

Не присоединиться ли к Бостекану спешит и заработать на известии, что мы готовимся к встрече гостей? Не сильно бы я удивился. Народ на Руси испаскудился, ради наживы своих от чужих перестал отличать.

— Как тебя зовут? — спросил я.

— Еремей, — ответил он.

— Так вот, Еремей, гривну получишь утром, а когда доведешь нас до половецкого стана, будет тебе и вторая, — пообещал я. — Иди ешь-пей-отдыхай. Твое серебро от тебя никуда не денется.

Заметно было, что не верит он мне, но выбора нет, поэтому поклонился и пошел вместе с моим дружинником в гостевую избу для прислуги.

— Проследите, чтобы не сбежал, — предупредил я караульных."

"Воевода Увар и сотники Мончук, Матеяш, Будиша, Олфер и Доман уже знали, зачем их позвал. Они все сели справа от меня, строго по чину, хотя на противоположной стороне лавка была свободна. Я не стал прививать им навыки демократии. Не та эпоха.

— Сколько времени будут собираться охотники на зов Бостекана? — спросил я.

— По-разному, — ответил Увар Нездинич.

— Бостекан — не тот командир, за которым все пойдут, — продолжил его мысль Мончук.

— К нему только отрепье всякое соберется, — сказал свое слово Матеяш.

— Не меньше недели, а то и две, — закончил Будиша.

Олфер и Доман промолчали.