— Красиво? — поинтересовался князь.

Да, но…

— В Изнанке было краше, — не сдержалась я.

И тут Даркан тихо произнес:

— Согласен.

Тяжелый вздох и сказанное почти с отчаянием:

— Встретив тебя, я полагал, что теперь жизнь в этой реальности станет для меня… приемлемой. Рядом с тобой этот мир заиграл красками, противостояние и вражда между вампирскими домами перестали восприниматься как… беспросветная рутина. И я даже подумал, что смогу… Смогу жить здесь. Многие ведь так живут — ненавидят работу, но радуются тому, что вернутся домой, где их ждут, где есть та, кто ждет, и потому есть ради кого трудиться, даже в самых невыносимых условиях. Но ты… Это невероятно, Каиль, но ты… полюбила Изнанку больше, чем свой родной мир. Иронично.

Я сидела молча, безразлично глядя на вид открывающийся с горной дороги.

А князь… князь добавил:

— Максимум нахождения в Изнанке для вампира – трое суток. Для человека — двое суток. Но для меня — время не ограничено. Более того, пребывание в Изнанке увеличивает срок моей жизни.

Да куда уже больше?! И так бессмертный же практически!

— Ха-ха, — мрачно отреагировал на мои мысли Даркан. И добавил: — А теперь представь мое удивление, когда стало очевидным, что на тебя Изнанка влияет так же, как и на меня.

Тут я замерла.

Затем медленно повернув голову, в напряженном неверии посмотрела на князя и встретила спокойный прямой взгляд. Даже очков на Даркане не было. А у меня не было причин сомневаться в его словах — Сайнхор тоже говорил что-то подобное.

— А что с вампирскими домами? — тихий, очень осторожный вопрос.

Невесело усмехнувшись, князь спокойно ответил:

— Я уничтожил их будущее.

Жутко звучало, если честно.

Князь же продолжил:

— В настоящий момент дома Харнан, Эторс, Текрад и Мортем принесли вассальную клятву верности дому Даркан. Учитывая понесенные ими потери, на взращивание нового поколения они затратят не менее двадцати лет. Но… им пока неизвестно, что Валиант покинул этот мир, соответственно — способности князей покинут их так же в течение двух десятилетий. Таким образом, все питаемые ими на данный момент надежды, обречены на провал. Я бы мог сказать, что хотел бы увидеть их лица в тот момент, когда до них дойдет истинное положение дел, но… если быть откровенным, мне плевать.

Да ты просто чудовище.

И я уже даже знаю кто хуже — князь или гениальный, но психанутый демон. Не то, чтобы я была поклонницей Валианта, но… твою ж мать, он хотя бы о своей няне позаботился…

О чем я думаю?!

— О бабуле и ее ппшшпшп, или как там его, — усмехнулся князь.

И вновь плавно выехал на трассу, а затем ожесточенно надел очки, практически отгораживаясь от меня. Меня бы устроило, если бы он и фактически отгородился. Вот более чем устроило бы.