И засияло оно помесью иероглифа с руной, но… я все равно все поняла.

— Девятый, — констатировала радостно улыбаясь.

И князь вдарил по тормозам.

Машину занесло на вираже, раздался противный визг тормозных колодок и салон заполнил запах жженной резины. И все же занос был управляемым, угол траектории поворота не опасным для моей жизни, а скорость традиционно вампирская, поэтому дрифтование прошло почти успешно. «Почти», это потому что в самый пугающий миг, когда меня вдавило в кресло, князь, напрочь игнорирующий свой ремень безопасности, левой рукой удерживая руль, правой сжал подголовник моего кресла, и резко наклонившись, поцеловал.

То потрясающее чувство, как если бы бешеный волк, какой-нибудь запредельно агрессивной породы, вдруг настиг, опрокинул на землю, навис сверху, угрожающе рыча и прижался носом к твоему собственному.

Я застыла, в ужасе глядя на вампира и боясь пошевелиться.

Даркан, продолжая прикасаться к моим губам, пристально смотрел в мои глаза.

Мое понимание страха перешло на какой-то новый, запредельный уровень. Теоретически будь это волк, хватило бы одного моего неосторожного движения, чтобы он вцепился клыками или прямо в лицо, или в беззащитную уязвимую шею. Но и с вампиром была та же хрень, абсолютно та же…

— Каиль, — чуть-чуть отстранившись, так что при каждом слове его губы задевали мои, произнес князь, — как ты думаешь, что я могу сделать с тобой?

Я могла даже не думать, я и так знала, что он может сделать со мной абсолютно все, вообще без рамок и запретов.

Цепляясь за какие-то остатки надежды на будущее, я попыталась прочитать мысли Даркана, но над ним не было более никаких слов, только сияние.

— Тринадцатый уровень – твой порог, — вынес четкий вердикт князь.

Его усмешку я ощутила на губах, а следом князь прошептал:

— Ты самое непредсказуемое создание в мире. Самое непостижимое. И самое прекрасное. И раз уж этап комплиментов мы прошли… самое время перейти к стандартным супружеским отношениям. Что скажешь?

— Я согласна, — выдохнула, пытаясь вжаться в кресло еще глубже, и плевать, что автомобильная промышленность на подобное явно не рассчитывала.

— Серьезно? — искренне удивился князь.

— Более чем, — я и реально была абсолютно серьезна в данный момент. — Не знаю, в курсе ли вы, но почти восемьдесят процентов убийств происходят на бытовой почве. То есть… совершаются супругами.

Улыбнувшись, Даркан медленно произнес:

— Но только менее тридцати процентов из них совершаются женщинами.

Вот скотина, он уже и в статистику залез.

— Хватит, — тихо сказал князь.

И машина остановилась.

Прекратив нависать надо мной, Даркан вновь сел в свое кресло, сжал руль и очень спокойно начал говорить:

— Ты — моя. Без вариантов, без оговорок, без шуток.