Обозвать «столовой» место, которое по своей солидности могло потягаться с роскошным рестораном — это сильно.

Кстати, находилась наша трапезная недалеко от общежития. Однако у меня сразу возник вопрос.

— Пятьсот новичков, так? — я огляделся по сторонам.

— Верно. — кивнула Злова."

"— Значит, аналогичное количество студентов обучается на оставшихся курсах. Ну… с небольшой погрешностью болезных и второгодников, которую мы не учитываем. Пять умножаем на шесть… выходит, на данный момент в стенах Университета должно находиться около трёх тысяч человек. Но мест тут лишь на полторы тысячи.

Так, в чём дело?

— Это столовая для первого, второго и третьего курсов. Всего их у нас две. Чуть подальше, рядом с общежитиями для четвертого, пятого и шестого курсов стоит вторая столовая. Так сказать, чтобы всем было удобно добираться. — объяснила сова: — Да и когда в зале одновременно галдит три тысячи ртов… это так утомительно.

— О! Продуманно. — я вновь огляделся по сторонам и начал замечать на себе слегка напряжённые взгляды: — Слушай, а чего все так на меня смотрят?

— У тебя на плече — дух-наблюдатель.

Причём с самого первого дня. А это значит, что ты потенциально опасный ученик. — ответила Злова, начав ковыряться в своих перьях.

— Может быть, ты станешь невидимой?

— Я бы и рада, но мне запрещено. — с грустью вздохнула она: — Терпеть не могу, когда пялятся…

— Кстати, и много у вас учеников под наблюдением?

— Хватает. Но, как правило, Госпожи Пелагеи достаточно, чтобы абитуриент сразу обгадился и успокоился. У неё разговор короткий. Она… как обычно говорит Госпожа Мавра — человек мотивированный. — Злова чихнула, и зачем-то вновь ущипнула меня за мочку уха.

— За что? — строго спросил я.

— Вопросов много задаёшь. Ученик должен интересоваться только знаниями. А ты, как будто изучаешь тут всё… Прямо, как засланный казачок.- Ну, изучаю. И что с того? Я любознательный.

— Таких любознательных мы… — сова хотела вновь укусить меня за ухо, но я перехватил её клюв двумя пальцами.

— На этот раз за что?

— Ну… ты вкусно пахнешь. — вздохнув, призналась Злова.

— Птица-изменщица. — усмехнулся я.

— Нет! Говорю же, просто аромат души… специфический.

— Плевать мне на аромат.

Главное — не увлекайся. У нас уговор.

— Ладно… — злобно ухукнула сова и отвернулась.

Возможно, местные уже привыкли, что ученики для них — озлобленная биомасса, которую можно вечно тыркать и подгонять. Но Злова сейчас явно перегнула палку, чем обрекла себя на жестокие почесушки в будущем. Это необратимое последствие… Наказание за то, что наблюдатель злоупотребляет своими полномочиями в личных целях.

— Хм-м… Не могу понять, тут шведский стол или официанты? — задумчиво поинтересовался Толик.