Первое время только наблюдал издалека, собрал о ней все сведения, узнал, что её официальные родители погибли, и теперь она переехала в город и ключницей работает. И где-то полгода назад я решил впервые к ней подойти и поговорить — недоверчивое покачивание головой — На самом деле, Анита меня очень удивила. Я предложил ей устроить её жизнь, купить ей дом, выдать хорошее приданое, оплатить учёбу… А она отказывалась. Заявила, что в её жизни был только один отец, и никого другого на его месте она не представляет. И от меня ей ничего не надо. В итоге деньги на учёбу она, правда, приняла.

Но на дальнейшее сближение не шла… Сейчас хоть согласилась в этот дом переехать, да общается со мной по-доброму. Правда, отцом так и не признаёт. Впрочем, я всё понимаю, ни в чём её не виню. И радуюсь уже тому, что она хотя бы больше не отказывается от моей помощи.

Риман Вормант замолчал и перевёл взгляд на стопку бумаг перед ним, в который раз тяжело вздохнул.

— В ближайшие пару дней я найму для Илайны хорошего защитника, который будет представлять её в суде — произнёс он серьёзным тоном — Я понимаю, что совершённые ей преступления заслуживают серьёзного наказания… но всё же я много лет считал её своей дочерью, а оттого не могу позволить, чтобы ей вынесли смертный приговор.

Возможно, тридцать или сорок лет каторжных работ заставят Илайну искренне раскаяться в содеянном. Что же касается Юнары… — посол зло прищурился — Я не могу простить ей ни того, что она сотворила, ни того, что втянула во всё это дочь. И судебного защитника для неё нанимать не собираюсь. Если ей вынесут смертный приговор… то так тому и быть.

Райнер не стал говорить, что Юнаре Вормант при отсутствии судебного защитника кроме смертного приговора ничего и не светит.

Посол и так это прекрасно понимал. И, кажется, уже мечтал как можно скорее остаться вдовцом.

Несколько минут спустя следователь распрощался с хозяином дома и медленно направился к выходу. Пока шёл по коридору, пока спускался по лестнице, даже когда шёл от центральной двери к воротам, мужчина то и дело оборачивался по сторонам, надеясь увидеть девушку, ради которой он самолично и приехал сегодня в этот дом. Но Аниты видно не было. Обернувшись на дом в последний раз, Райнер досадливо вздохнул и уже схватился за дверь калитки… как вдруг почувствовал уже знакомый бег мурашек по телу, а следом нахлынули чувства… лёгкое недоверие, волнение, воодушевление, искренняя радость.

Мужчина остановился и невольно дыхание задержал. Только после этого вновь обернулся. И сначала Аниты всё также не было видно, а минуту спустя она показалась в центральных дверях дома и двинулась ему навстречу. При этом широко улыбалась. А Райнеру стало невероятно легко и тепло от этой искренней и радостной улыбки девушки.