Я скромненько пристроился в «хвосте» очереди. Прошло несколько минут. Наконец серьги были оценены в два «чека» и исчезли в холщовом мешочке у пояса торговки. Девица спорить не стала, жадно схватила крохотные пакетики с наркотиком, отошла в сторону, достала из кармана необходимые причиндалы и тут же, над огоньком зажигалки, начала готовить инъекцию.

– Ну, чего у тебя, болезный?! – когда настал мой черёд, деловито осведомилась цыганка.

– Гостинец! – криво усмехнулся я и костяшками пальцев ударил тётку Софью под левое ухо. Не издав ни звука, она жабой плюхнулась на землю и застыла без движения.

Охранник шустро выхватил финку, умело пырнул меня точно в сердце, но… остриё наткнулось на бронежилет, а я, ударом по кисти, выбил нож и засветил цыгану кулаком в челюсть. Он пошатнулся, но не пожелал отключаться вот так сразу и контратаковал размашистым боковым в висок. С трудом увернувшись (кордит всё-таки давал о себе знать), я ткнул его кулаком в солнечное сплетение, наподдал коленом в склонившуюся физиономию и, в завершение, рубанул ребром ладони в основание черепа. Бугай потерял сознание. Наблюдавшие за нами наркоманы испугано зашептались."

"– Молчать, плесень, шеёнки сверну! – свирепым змеем прошипел я. Рабы иглы мгновенно затихли. Переведя дыхание, я прислушался. Из усадьбы по-прежнему доносились бабьи стенания, но и только. Никакого подозрительного ажиотажа! Похоже, там не заметили инцидента у задней калитки. «Ну и чудненько!» – с облегчением подумал я, кряхтя от напряжения, взвалил на плечи увесистого «языка», двинулся к лесу и вдруг…

– Стоять, Корсаков! Не двигаться! Сопротивление бесполезно! – дружно заорали грубые голоса. Вокруг меня, словно из-под земли выросли пятёро знакомых оперативников из злобинского отдела во главе с заместителем начальника майором Ляпуновым.

– Красиво тебя подловили, Рэмбо ты наш хренов: – ласково произнёс он: – Прямо как в кино. Спасибо красотке Земфире. Здорово помогла!

И тут я понял всё! Оказывается, безутешная цыганка засекла-таки меня у сосны, но шума поднимать не стала (видимо сознавая исключительную выгодность моей позиции), а вместо этого потихоньку известила мужчин. Наверное, уже по пути в усадьбу. Те же, памятуя о печальной участи вчерашних «чавэлл», сами связываться со мной не рискнули, позвонили в Н-ск и запросили квалифицированную подмогу. Каковая в темпе и примчалась в виде шестерых оборотней.

Будучи профессионалами, они просчитали мои дальнейшие действия и организовали грамотную засаду, в которую я благополучно угодил…

– Сдавайся, капитан! – настойчиво повторил Ляпунов: – Не заставляй нас лишний раз напрягаться, возится с тобой, отбивать потроха.