— Только не говори, что это мясо по ново-окскому рецепту! — Эльф даже привстал, смешно вытянув шею при попытке заглянуть в ведро.

— Оно самое, — хмыкнул Дик. — Так что, кто идет на кухню?

— Чур, я остаюсь с мясом, — тут же выдал ушастый нахал. Но, глядя на горящие энтузиазмом глаза мужчин, я не стала спорить.

— Ладно, мальчики. Тогда с вас вкусное мясо, — хмыкнула я, поднимаясь с покрывала. Я тоже почему-то решила, что по поводу еды распорядится Дик, а нам надо только место подготовить. Ну что же, мне не сложно.

Через десять минут на скатерти с моей легкой руки появились нарезанные фрукты, хлеб и лепешки, печенье сладкое и солёное, пирожки и сладости.

Мужчины, глянув на мои старания, дружно закатили глаза, и на кухню отправился Лари. С его подачи на столе добавилось пять увесистых пучков всевозможной зелени, овощи. Дик круглыми глазами наблюдал, как Лари раскладывает принесенную зелень по тарелкам. Салаты трех видов, местные аналоги огурцов и помидоров, петрушки, сельдерея, укропа, зеленого лука, сладкого перца — всё это красиво укладывалось на большое блюдо.

Дик вздохнул и отправился на кухню сам, поручив Элю присматривать за мясом.

Братец ради такого даже обернулся человеком и принялся медленно вращать мясо над огнем. Будущий правитель обрадовал нас нарезкой сыра, колбас и копченой рыбки. Не знаю, зачем это всё, если у нас свежее мясо шкварчит над огнем.

Последним на кухню наведался Эль, и притащил целую корзину яблок. На мой недоуменный взгляд невозмутимо пожал плечами и ответил, что он их любит.

Переглянувшись, мы втроем стали фыркать, а потом рассмеялись, глядя на наш стол. И затем кинулись снимать уже готовое мясо с огня.

Мы очень душевно посидели.

Сперва ели горячее мясо на шпажках, и было не до разговоров. Потом плавно перешли к фруктам и сладкому. Несколько раз слуги приносили новые кувшины с напитками.

Мы говорили обо всем и ни о чем. Дик то и дело бросал на меня заинтересованные взгляды, постоянно оказывался рядом. Часто тянулся к тем же блюдам, что и я, и наши руки соприкасались. Эль и Лари понятливо переглядывались и хмыкали. В итоге, плюнув на все условности, я подобралась поближе к Дику и села, облокотившись на него. Ну а что? Ему этого хочется, мне этого хочется, все всё понимают.

К чему скрываться и мучать друг друга? Конечно, это не отменяет возможности того, что завтра я начну жалеть, сомневаться и прятаться от него по углам. Но это ведь будет завтра, не так ли?

Дик, не веря своему счастью, поражено замер истуканом. Когда через минуту он понял, что я не шучу, осторожно, словно боясь спугнуть видение, приобнял меня за плечи. Приятно, однако, когда к тебе относятся, как к ценному сокровищу! Так мы и сидели. Обед плавно перетек в ужин, и Дик осмелел настолько, что стал целовать мне ручки.