Была какая-то особая магия в этом месте, тишина, безмятежность. Напряжение отпускало, кажется, даже порезы и ушибы почти не болели. Сложно объяснить, но с каждым проведенном в спокойном созерцании мгновением я будто вглядывалась глубже в себя, лучше оценивала свои ощущения. И сейчас я чувствовала единение с природой, с этим местом.

Окружающие пруд деревья, травы, кусты, в которых притаились грызуны и насекомые, парящие в небе птицы – все они были связаны между собой, являлись частью природы. И я осязала их неким внутренним взглядом. В какой-то момент я даже почувствовала эмоции моих спутников: любопытство скачущего среди травы Бесика, спокойствие Келси.

Лишь вторая лошадь ощущалась очень плохо.

Я оказалась столь поглощена новым открытием, что не заметила, как пролетел день. Я провела его на берегу озера и лишь под вечер вспомнила об ужине. Тогда и разобрала седельные сумки девушки. Внутри нашелся настоящий клад: женский доспех, походная одежда и средства гигиены. Не скажу, что мне пришлась по душе мысль о том, что придется надевать чужие вещи, но сейчас любая одежда была лучше этого шелкового безобразия.

И даже не в откровенности наряда проблема, а в тонкой ткани, в которой жутко мерзнешь вечерами.

На берегу озера прошло четыре спокойных дня, даже несмотря на то, что нога пришла в норму намного раньше. Просто не хотелось покидать это место. Все здесь казалось неважным, проблемы отступали, а душу наполнял покой. Надеюсь ощущение единения с лесом и его обитателями не покинет меня. Ведь это так прекрасно.

На тракт я выходила отдохнувшая, излечившаяся и впервые экипированная как надо: кожаные брюки, плотная туника, поверх которой надета облегченная кираса.

Дополняли бравый вид наплечники, наручи и набедренники. Элементы доспеха были довольно легкими и вряд ли защитили бы от серьезного удара, но могли смягчить его и не ограничивали мою подвижность. Ведь скорость и точность – основа моей техники. Стоит лишиться их, и я вряд ли выстою против противника тяжелее меня.

До Зигурда я добралась к вечеру следующего дня. Город оказался намного больше Лики, его окружали высокие крепостные стены. Да и вход стоил дороже: на этот раз я лишилась золотой монеты. И сам город выглядел лучше, чище, изобиловал каменными домами.

Ночь мы провели в ближайшей таверне, а наутро я отправилась в торговые ряды, оставив в ней Бесика с Келси. Лошадь девушки-мага продала, не торгуясь. Покупатель все приглядывался к кобыле, не понимая в чем подвох. Потом набрала провизии, мелочей вроде ниток с иголками, и последним пунктом оставалась кузница. После перековки Келси я планировала покинуть город. Дайрос и Аркарион находились все так же где-то поблизости, и за мной могли отправить других убийц, чтобы попытаться забрать лошадь.