Он напряженно замер напротив Александры, всматривался в ее лицо, словно пытаясь заранее узнать, что она хочет сказать.

– О Лалиэн. У нее сложный период. Ты не мог бы больше времени уделять ей? Включи обаяние, – она подтолкнула его кулаком в плечо, рассмеявшись.

Хотя, кажется, ее смущал этот разговор.

– Обаяние? По-моему, природа меня им обделила, – а голос прозвучал напряженно, почти зло.

Только злился он на себя. Что он хотел услышать? Признание? Лекс считает чувства помехой. Даже Арка она не подпускает на расстояние любви.

– Не обделила, поверь мне. Я ведь тоже девушка, – Александра рассмеялась уже свободнее.

 – Я серьезно. Вас с Лали ждет помолвка. Почему бы вам не узнать друг друга лучше, если есть такая возможность?

Дайрос глубоко вздохнул и медленно выдохнул, стараясь успокоиться. Понимала бы Александра, как тяжело слышать от нее предложение присмотреться к другой девушке. Она ведь ничего не видит, не замечает. Либо не хочет замечать. И это хорошо. Но…

Что мешает ему снова обнять ее? Только на этот раз поцеловать. Пальцы буквально покалывало от желания прикоснуться к ней. Пропустить пепельные волосы сквозь пальцы, чтобы узнать, такие ли они шелковистые на ощупь, как на вид.

Провести кончиками пальцев по бархатной коже. И попробовать мягкость губ на вкус. Может, так и надо сделать? Получить то, что желанно. И тогда наваждение пройдет? Запретное всегда притягательнее. Но есть и вероятность того, что этого будет недостаточно. А желание пресытиться приведет в тому, что это невозможно.

Обнять и поцеловать, и тогда его проблема станет общей. Но имеет ли он право усложнять и так трудную жизнь Лекс? Она ведь не от большого удовольствия отгораживается от всего лишнего.

У нее своя борьба, своя ответственность, которую она не может разделить ни с кем.

– Дайрос, ты меня слышишь? – Лекс нахмурилась, глядя на него с укором.

– Прости, задумался. Ты хочешь, чтобы я начал ухаживать за Лалиэн, чтобы она скорей забыла Кириана?

– Ты знаешь, да? – изумилась.

– Чужие чувства сложно не заметить.

– Это тебе. А я в этом отношении тупень, – Лекс нервно рассмеялась. – Ты же понимаешь Лали? Из-за дара к ней никого не подпускали. Рядом находился только Кириан. Не удивительно, что появились чувства.

То есть… Я хочу сказать, ты же не думаешь о ней плохо?

– Нет, я ее прекрасно понимаю, – с тяжким вздохом признался Дайрос. – Думаю, ты права. Нам с Лалиэн стоит узнать друг друга лучше.

– Хорошо, что понимаешь, – Лекс улыбнулась. Кажется, его слова принесли ей облегчение.

Желание прикоснуться к ней в этот момент стало почти невыносимым. Дайрос провел кончиками пальцев по ее щеке, отводя волосы от лица. Нежная кожа, такая светлая, что кажется прозрачной. Но сейчас ее окрасил алый румянец.