"

"Именно в этот момент становится понятно, насколько я слаба перед ним… Не потому что однажды меня предадут мои тело и разум, нет. А потому что, пожелай Бекет сделать меня своей силой, я буду его. Не смогу себя защитить. Не смогу сопротивляться ему. Он сильнее во всех смыслах.

Минута молчания, и он всё ещё смотрит на меня. Кусаю губы, наблюдаю, как он приближается, берёт меня за руку и ведёт за собой. Шаг уверенный, спокойный. Нас провожают взглядами, а я быстро семеню следом. Знаю, что сейчас мне завидует вся женская половина населения. Знаю, чувствую и горжусь этим.

Уже дома он открывает передо мной дверь, пропускает внутрь, и я запоздало понимаю, что вошла в его спальню.

— Давай в кровать, — подталкивает меня к середине комнаты, сам стаскивает пиджак и отшвыривает его прочь. — Я в душ.

Дверь не заперта, при желании я могу уйти в свою комнату, но не ухожу. Прохожу к бару и наливаю себе порцию виски. Почему бы и нет? Настроение — отстой, а так хоть расслабиться.

Бекет застаёт меня с пустым стаканом в руке, притягивает мою спину к своей груди, и я вздрагиваю.

— Грустишь? — его дыхание щекочет шею, губы касаются ямочки на плече, скользят выше, к щеке.

— Немного…

Знаю, самое правильное, что я могу сейчас сделать — это оттолкнуть его. Но мне совсем не хочется. Вообще.

— Не надо. Нужно помнить всё, что мы пережили, нельзя забывать. Но и жить этим не стоит. Надо идти дальше, — забирает стакан, отходит от меня. Взяв бутылку с виски, наливает обоим.

— Да, я помню. Пора взрослеть, — усмехаюсь, принимая бокал, и выпиваю его содержимое залпом.

Бекет смотрит на меня с загадочным прищуром, привлекает за талию и впивается в мои губы своими.

— Пора. Но мы не будем торопиться, — не знаю, что он имеет в виду, но на поцелуй отвечаю. Это, наверное, я зря и уже завтра пожалею и искусаю свои локти, но сейчас ни о чём не хочется думать.

Иван подталкивает меня к постели, нависнув сверху, долго всматривается в лицо.

— Сладкая Милка, — улыбается краешками губ, и я слышу, как вжикает на моих джинсах молния.

Бекет ловко справляется с моей одеждой, и я остаюсь в одном белье. Отползаю назад, натягивая на себя одеяло. Где-то в голове долбится одинокая мысль, что всё это нехорошо, и я не должна быть такой легкомысленной. Но разум быстро отключается, гонимый алкоголем и возбуждением. Можно, конечно, всё списать на стресс и желание быть кому-то нужной, но это глупо и жалко. Я сама хочу находиться здесь. Рядом с ним, в его кровати.

Бекет тянет меня на себя за щиколотки, откидывает одеяло, и я, глядя на эту мощь во плоти, понимаю, что сопротивляться бессмысленно.

Он толкает меня на подушку, одним рывком сдирает мои трусики вниз по ногам и прочь, рукой под меня — и лифчик летит туда же.