— Что? Любая ерунда, кажущаяся вам незначительной, может оказаться веревочкой, за которую можно ухватиться, - резко остановившись, Саша обернулась и шагнула назад, к крыльцу."

"— Он говорил с кем-то по телефону. За пару дней до выхода. Он смеялся и повторял что-то вроде: «Ваши выдумки! Это всего лишь ваши выдумки! Пятигорье не имеет тайн. Это прекрасное место, и не более того». А потом, когда мы уже занимались станцией, он то и дело ухмылялся, мол, чудной народ, раз считает, что он облюбовал это дикое место только ради какого-то клада.

— Клада? То есть кто-то намекал, что все труды отца здесь не просто ради поместья, а прикрытие для работы над поиском клада? – протараторила Саша, пытаясь донести, как она поняла слова Михаила.

— Да, вы ровно в точку. Ощущение у меня было именно такое. Кто-то пытался заставить Прохора Данилыча признаться, что все эти труды не от любви к горам, - на этот раз Лаврентич не торопился закрыть двери. Он стоял на крыльце и смотрел в сторону леса.

— Что-то подсказывает мне, что надо ждать гостей, - прошептала Саша.

— Вы правы, и проверить оружие, - Михаил впервые серьезно посмотрел на девушку.

— И собрать всех мужчин, чтобы предупредить, - добавила Саша.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Да еще и ваши гости, которых вы с нетерпением ждете…

— Вы думаете, что они могут оказаться в опасности? – Саша почувствовала, как к горлу подкатил ком.

— Нет, думаю, что среди них этот самый человек может легко затеряться.

— Но мы приглашаем пока только девушек, - поспешила успокоить его Саша.

— Да, это меняет дело, - ответил Лаврентич, но выражение лица его говорило совсем о другом.

25.

Звонки начались через неделю после разговора с матушкой о Надежде Карповне.

Было много желающих молодых людей, но Саша и Василий предлагали вариант через пару месяцев, если наберется мужская группа.

Пять девушек готовы были выехать сразу после звонка, но Саша назначила дату сбора в Кисловодске. Чтобы всех забрать поездом. Воодушевление просто разливалось по всему дому: девушки смеялись, матушка стала дольше задерживаться в столовой, чтобы обсудить меню.

Макар с сыновьями привезли кровати, Авдотья отмыла комнаты, в которых решили разместить пока по два спальных места.

Софья вызвалась остаться шестой, переехать в стандартный, так сказать, номер, чтобы составить непарной девушке компанию в комнате, а у Саши появилась кровать. Ольгину комнату тоже снабдили новой, все ещё пахнущей свежим деревом кроватью. И девушки принялись мастерить матрасы. Для этого пришлось разобрать две огромных перины, коими были обустроены кровати Саши и матушки. На этот раз матушку упрашивать не пришлось.

Шерстяные одеяла, купленные Сашей в Кисловодске, обрядили в пододеяльники.