И зеленые ветви деревьев тянулись к нему, вспыхивая синим. Аллатриссиэль стоял напротив, и вместо привычного серого мундира на нем было лиловое хьяллэ без единого рисунка.

«Траурное, — успел подумать юноша. — Кого он потерял?»

Хайена скрутило от боли. Ищейка отчаянно сопротивлялся. Надо отдать должное Алу — он быстро сориентировался и стал атаковать Хайена уже во сне. И теперь весь этот маленький мир был против юноши и пытался его уничтожить. Увитые синими всполохами ветви деревьев потянулись к нему, кусты зашевелились, пытаясь задавить Хайена. Боль в голове не прекращалась.

И юноша начал понимать, что эльф не собирается ни сдаваться, ни вести какие-то переговоры.

Кроить пространство здесь было нереально тяжело. Хайен попытался призвать свою силу, но черные побеги только проклюнулись под его ногами и застыли. А ветви деревьев были послушны эльфу. Но сдаваться юноша не собирался. Он сжал всю магию в кулак и снова попытался перекроить пространство.

На этот раз чувство было такое, будто прорвало плотину. Черные шипастые побеги немедленно окружили Хайена, земля расступилась, отбрасывая в сторону деревья.

Трещины начали подбираться к Ал. На миг головная боль усилилась, а затем начала медленно отступать. Синий свет попытался затопить все вокруг,поймать юношу в ловушку, забраться в воспоминания.

Хайен чувствовал, что эльф пытается добраться до его воспоминаний. Но это вызвало только возмущение и желание защититься. Юноша собрался с духом и попытался выкинуть ищейку из своего сознания.

Хайен открыл глаза и понял, что сидит на том же месте, а с ладоней близнецов на его виски стекает тепло. Мика стояла на коленях рядом с соседним стулом.

Ее пальцы лежали на висках Хидео. Пальцы юного эльфа, в свою очередь, касались ее висков. Глаза обеих горели синим светом, и Хайен понял, что они обмениваются воспоминаниями. Кровь с предплечья Хидео капала на ковер, но это никого не волновало.

Юноша попытался повернуть голову, но ответом стала такая боль, что он едва не потерял сознание.

— Тихо! — прикрикнул кто-то из близнецов. — Не шевелись, сейчас я тебя подлатаю. Юноша едва удержался от кивка и скосил глаза."

"Хозяин дома сидел в кресле. Точнее, обмяк в кресле, и лицо его было белее снега.

На его голове лежала ладонь Цанцю. На лице супруга Идрес было облегчение. Мика первой опустила руки и встала. Хидео, тяжело дыша, откинулся на спинку стула. Пока эльф внимательно разглядывал Хайена из-под полуопущенных век, Девушка обошла стол и приблизилась к Аллатриссиэлю. Она протянула руку к его виску, но эльф перехватил запястье Мики и холодно произнес:

— Не сейчас.

Мика хитро улыбнулась и елейно произнесла:

— Смотрю, вас не слабо потрепали, хлайе Аллатриссиэль…

Эльф не удостоил ее взглядом.