Ну всё! Сил терпеть её наглость больше нет. Сейчас я будто здоровый цепной пёс, которого раздражает соседская кошка. Сколько этой козе лет? В сто пятый раз задаю себе один и тот же вопрос. Сколько ей годиков? Двадцать один, двадцать два… четыре? Прибью!

Я, здоровый тридцатилетний жлоб, злюсь на малолетку. Но справиться с собой не могу.

Хлопнув балконной дверью, бегу в коридор, как обезумевший кидаясь на лестницу. Весь мой спесивый гонор сейчас концентрируется в одном желании, и если я её не поймаю, то просто взорвусь. И срать мне, чем конкретно она там занималась и отчего решила поиграть в садовника. Вырву руки и поменяю их местами. Ничего… такую красоту ничем не испортишь. Я научу её уму-разуму и подробно, согнув пополам и уткнув куда-нибудь лицом, детально объясню, как взрослым мужикам факи крутить.

До женского туалета я добираюсь практически бегом. Но, распахнув дверь под всеобщий женский галдёж и бабье возмущение, белобрысую пигалицу внутри не обнаруживаю. Заглядываю в кабинки, ещё раз осматриваю зал. Но Алёны уже и след простыл. Быстрая стерва, словно молния.

Глава 9

Покинув клуб, я заказываю такси. Выхожу на дорогу. До утра далеко, ещё довольно темно, и неестественный свет, падающий от фонарей, делает тени длиннее, а знакомые предметы в нём выглядят непривычно.

Когда я немного пьян, зол и рядом никого нет, я всё время вспоминаю дневник сестры. Я случайно его обнаружил, ей едва исполнилось восемнадцать. В блокноте с пайетками детским почерком были выведены письма ангелу-хранителю или молитвы, глупые афоризмы, вроде:

«Уважение — вот как мужчина переводит любовь к женщине.» Хочется заорать в голос. Листал страницы, и порой эти бабские фразочки уступали место суевериям в виде заговоров на приворот или отворот, а также долбаное исполнение желаний. «Не было чтобы отказа мне.» Психанув и всё еще не успокоившись после выкрутасов малолетней шаболды, бью со всей дури по урне. Та, качнувшись, переворачивается, затем становится на место.

— Держи себя в руках, Глазунов, — раздаётся глухой смех рядом со мной. — А то заставлю платить за эту урну.

Оборачиваюсь, обнаружив возле себя Попова.

— Не знал, что вы всё ещё здесь.

— И поэтому решил портить моё имущество? — Поджигает он сигарету, и в ноздри ударяет тяжёлый дым крепкого курева. — Людмила ждёт меня в машине.

— Ну что же, доброй ночи. Желаю вам отличных выходных.

Попов задумчиво курит. За ним спускается охранник, а к зданию подъезжает моё такси.

— Знаешь что, Глазунов? — как будто рассердившись.

— Откуда ж мне знать, Николай Николаевич? Просветите.

— Я очень-очень не люблю, когда трогают мои вещи!

Щёлкнув пальцами, Попов приказывает одному из своих гиббонов наброситься на меня. Методы понятны, как и способы их реализации.