Главное, опыт у тебя есть и голова на плечах, в этом я не сомневаюсь. Мишка чувствует людей. Стало быть, ты своими глазами видел Шамиля Исмаилова. И он тебя, конечно, тоже? Ах, ну да… – Генерал хрипло, тяжело засмеялся. В груди у него клокотало, на лбу вздулись извилистые синие жилы. Смех перешел в приступ кашля.

– Владимир Марленович, может, какое-нибудь лекарство? – тревожно спросил Сергей.

Генерал отрицательно помотал головой и сквозь кашель отрывисто произнес:

– Мишка молодец, хитрый сукин сын. Воды дай.

Сергей увидел на тумбочке бутылку, накрытую стаканом, налил, поднес генералу. Тот сделал несколько глотков, откинулся на спинку кресла и минуту просто отдыхал после приступа.

– Хреново болеть, майор, – пробормотал он, не открывая глаз, – времени у меня совсем мало. А сил и того меньше. Слушай и запоминай. Я очень хочу, чтобы террорист Исмаилов был взят живым и предстал перед судом как положено. Я от всей души желаю тебе, майор, под чутким руководством полковника Райского успешно осуществить вашу хитрую операцию. Мишке я заплатил много. Но не за то, чтобы он на мои деньги сделал себе генеральские погоны. Получит он их – буду рад за него, если не помру к этому времени. Но я ему платил за жизнь моего сына. Он у меня один. Знаю, что засранец. Но один. Ты понимаешь, о чем я толкую?

– Кажется, догадываюсь, – неуверенно кивнул Сергей."

"– Тогда перескажи своими словами, – генерал схватился за подлокотники и весь подался вперед, мучительно морщась, – сядь-ка, дружок, во-от на этот стульчик и подвинься поближе, чтобы я глаза твои видел.

Сергей пересел, придвинулся к генералу так, что их колени соприкоснулись.

– Вы, Владимир Марленович, подозреваете, что вашего сына может преследовать не Исмаилов, а кто-то другой, – произнес он скорее утвердительно, чем вопросительно.

– А ты? – спросил генерал, обжигая его лицо невыносимым, каким-то потусторонним взглядом.

– Я тоже, – честно признался Сергей.

– Верить тебе можно?

– Вот это уж вам решать.

– Что же решать, когда выбора нет? – Синие губы растянулись в тоскливой улыбке. – Ни выбора, ни времени. Месяц у меня. А может, меньше. Ну и что ты думаешь, кто этот другой, который травит моего сына, как зайца?

– Владимир Марленович, вам что-нибудь говорит имя Маша Демидова? – осторожно спросил Сергей.

– Знаешь уже, – задумчиво протянул генерал, – молодец. Есть какие-нибудь соображения на этот счет?

– По документам Юрий Михеев умер пять лет назад. Вы его помните?

– Видел только на суде, – сухо отчеканил генерал, – пытался помочь. Парню дали слишком много. Скорее всего там был просто несчастный случай.

– Почему, не знаете?

– Болтал лишнее. Вел себя как идиот. Но главное, отец девочки решил, будто им, родителям, станет легче, если парня засудят.