К тому моменту как индивидуальная таблица поправок была готова, а Иван стал два раза из трех попадать по движущейся на расстоянии четырехсот метров ростовой мишени, у него болело плечо, и лопнула мозоль на указательном пальце. Но оказалось, что это только начало.

- Ладно, пойдем, перекусим и после обеда продолжим.

- Так я же вроде сдал зачет?

- Так это только на дальнюю дистанцию. Оно конечно, врага лучше вообще не подпускать к себе на расстояние уверенного выстрела. Валить его на подлете, когда он тебя еще не видит. Но, увы, чаще приходится сталкиваться с ним на узкой дорожке: в застройке, а то и внутри помещений. Тут выживает тот, кто выстрелит первым и при этом попадет, а сам под пулю не подставится. Так что будем учиться стрелять навскидку, с бедра и в падении.

После такого обещания даже поданный Галиной борщ в горло не лез. Зато лезли всякие предательские мыслишки, типа ""а зачем мне это все надо, я же не воевать еду"". Действительно, зачем ""работнику дипломатического корпуса"" навыки спецназа? Но потом Иван вспоминал огненную змею рыскавшую по кузову пикапа в поисках его бренного тела; убитых пацанов, сожженных на погребальном костре; смрадное дыхание из пасти склонившегося над ним раптора. И предательские мыслишки трусливо прятались куда-то, уступая пониманию, что в этом молодом и отчасти диком мире такие навыки выживания - не блажь наставника, а суровая необходимость.

- Что, Ваня, думаешь, как бы с занятий свинтить? - Федор как будто подслушал его мысли.

- Нет, Федя. Я уже смирился с тем, что изнасилование неизбежно, и теперь ищу способ получить от этого хоть какое-то удовольствие.

После обеда Забелин снова стрелял. Много стрелял. Стрелял на звук и по мелькнувшему в проеме силуэту. Стрелял на бегу и в падении. Стрелял прицельно и навскидку. Стрелял, стрелял, стрелял....

К вечеру, несмотря на активные наушники и защитную экипировку, в ушах звенело, а колени и локти были разбиты до крови. Но зачет он все же сдал.

- Ладно, на сегодня все. Отдыхай. Завтра наши подтянутся, и займемся отработкой взаимодействия в группе.

- Слушай, Федор, а ты только надо мной так изгаляешься, или та же участь ждет всех членов миссии?

- Про француза с испанцем не скажу, но Палыч эти нормативы ежегодно сдает, иначе его никто в поля не выпустит, а Пикетт вообще профи в этих вопросах. Ты пойми, балда, я же о тебе забочусь! Ну не только о тебе, конечно. Необученный человек в отряде, случись что, это не только легкая мишень для врага и обуза для товарищей, это обезьяна с гранатой. Такого лучше самому сразу пристрелить: либо демаскирует раньше времени, либо сектор огня перекроет, либо просто на себя внимание напарников отвлечет. Ладно бы сам погиб, так нет же, кто-нибудь из команды обязательно попытается его спасти и сам подставится.