— И теперь мы думаем, как быть дальше. Этой ночью они наверняка вновь что-то предпримут.

— И какие идеи?

— Остановились на дежурстве, но это не выход, — призналась я. — У Морозова такие амбалы, затопчут и не заметят.

— Логично, — протянул Ник, задумчиво потирая подбородок. — Поэтому на дежурство отправлюсь я.

— Что?

— Не надо!

— Мы сами разберемся! — вмешались родственники, и Андрей зло добавил:

— Это не ваше дело.

— Ты с ума сошел, — подытожила я и покачала головой, добавив выразительный взгляд: «Не лезь, убьет!»

— Напротив, — улыбнулся Н’Ери. — Поверь, амбалы мне не страшны.

— Тебе нельзя оборачиваться, — поспешно напомнила ему.

— Вика, — еще сильнее усмехнулся он, — поверь, я и в человеческом облике могу быть очень и очень страшным и опасным.

Я с сомнением покосилась на него. Красивое лицо, волевой подбородок, золотистые искорки в зеленых глазах и обаятельная улыбка. Всегда видела шефа в приподнятом настроении и никогда не испытывала страха. Но ведь он хищник, и очень опасный хищник.

Вот только сейчас он был для меня больше мужчиной, чем зверем.

— Ты действительно собираешься отправиться к магазину и ждать людей Морозова? — недоверчиво уточнила у него.

— Да. Мы разберемся со всем этим и продолжим наш отпуск.

— Хорошо. Тогда я поеду с тобой.

— Вика, не смей! — выкрикнул отец.

А я смотрела только на Ника, прямо в глаза, и ждала ответа. От него. Протест родных казался сейчас неясным, ничего не значащим шумом.

Я ждала реакции хищника и дождалась.

Хитрый блеск в глазах и едва уловимая улыбка.

— Хочешь со мной?

— Хочу.

Улыбка стала шире. Искушающая, безумная, будоражащая кровь.

— Поехали.

Его азарт передался и мне.

Вроде только сидела, нервно оглядывалась, а тут такая вспышка и невероятное желание действовать.

Отправиться с ним в ночь.

— Вика, не дури, — потухший, встревоженный голос мамы заставил на мгновение отвести взгляд.

Но магия никуда не делась, зато звуки и слова стали восприниматься более отчетливо. Никогда не была рискованной и азартной, а тут вдруг захватило, хотелось большего и прямо сейчас.

— Ты никуда не поедешь, — шумел отец, который даже вскочил из-за стола. Раскрасневшийся, встревоженный.

— Тебе там делать нечего.

Это уже Андрей. Он остался сидеть, только кулаки, лежавшие на столе, сжал так сильно, что они побелели. Даже Дашке сейчас было не до смеха.

— Там опасно! — подтвердил Лешка, которому моя идея тоже совсем не понравилась.

— Вика, девочка моя, не делай глупостей.

— А я не делаю. С Ником мне бояться нечего.

— Я защищу вашу дочь, — подтвердил Н’Ери.

Препирательства длились еще пару минут, но убедить меня родные не смогли. А запереть просто не имели права.