Я все еще видела перед собой своего начальника, помнила про контракт и мечтала, чтобы все поскорее закончилось. Убийственная смесь огня и холода.

И с этим мне придется жить несколько месяцев.

— Прибыли, — хрипло произнес Ник, как только машина остановилась.

Голос мужчины завораживал, вызывал покалывание кожи. Но взглянуть ему в глаза не решилась. Это могло быть чревато, а я настроилась на рабочий лад.

Помещение, в которое мы вошли, с первого взгляда поражало своим великолепием. Всюду зеркала, позолота и блеск. Даже молочного цвета пол оказался таким сверкающим и начищенным, что, приглядевшись, можно было рассмотреть свое отражение.

Здесь все кричало о богатстве, статусе и красоте. А счета за услуги были таким и, что казалось, даже воздух тут особенный и элитный и его тоже следует оплачивать.

От моих туфель на полу остались грязные разводы. Да и потертые джинсы с водолазкой статуса не повышали, как и спутанные волосы, затянутые в обычный хвост.

«Почувствуй себя замухрышкой».

— Месье Н’Ери, — прощебетала грудастая блондинка в розовом костюмчике, подбегая к Нику, и что-то неразборчиво залепетала.

Единственное, что я могла разобрать, это имя «Жерар».

А в следующее мгновение произошло нечто невероятное.

В холл ворвался человек-праздник. Он театрально взмахнул руками, потом быстро прижал ладони к щекам и что-то произнес. Очень высокий, нескладно худой, в обтягивающих кожаных брюках и объемном пуловере лилового цвета. Из мужского в нем остались лишь тонкие жеманные усики над пухлыми губами, которые, в свою очередь, сияли от толстого слоя прозрачного блеска.

И вот ЭТО будет меня одевать?

Он же само воплощение высокой моды: крик, писк, шум, невероятные детали и силуэты и ни капли здравого смысла.

— Жерар, — Ник повернулся ко мне, — это Виктория.

Тот перевел на меня взгляд черных глаз-бусинок и поджал губы. Потом быстро подскочил и стал наворачивать круги. Первый. Второй. Третий.

Придирчивый осмотр я выдержала весьма достойно, даже не дернулась, когда стилист схватил двумя пальчиками мои собранные в хвост волосы и приподнял их.

— Ну что ж, интересный экземпляр, Ники, — на чистом русском ответил Жерар. — Очень интересный.

— Чтобы ее хотел не только я, но и все мужчины вокруг, — еще сильнее оскалился хищник, и я тяжело сглотнула.

— А может, не надо? — произнесла неуверенно.

— Non, non, non! — вскрикнул Жерар, и я едва не подпрыгнула от неожиданности. — Я ее уже вижу. Ох, Ники, это будет шедевр. Мой шедевр! Оставляй свою куколку и раньше чем через пять часов не возвращайся.

— Пять часов? — ахнула я.